– Вы кто? Почему мы в машине? – жалобно спросила она.

– Сиди тихо, – приказала ей рыжеволосая женщина. – Дэнни, останови здесь, бросай машину и уходи.

Женщина схватила Кору и быстро пересела с ней в другую машину ярко-желтого цвета, бок о бок с которой они остановились. За рулем сидел чернокожий мужчина со множеством тоненьких косичек на голове. Потом они, долго ехали. Кора, по-прежнему боявшаяся плакать, пыталась выглянуть в окно, но женщина каждый раз резко одергивала ее, усаживая на место. Машина постоянно останавливалась у светофоров, и девочку стало укачивать. Она застонала. Женщина взглянула на ее побледневшее лицо и сморщилась.

– О господи, Тони, дай пакет. Ее сейчас стошнит.

Похитительница едва успела сунуть Коре в руки бумажный пакет, как девочку действительно вырвало. Ей было очень плохо и стыдно.

– Ну, как ты? – через некоторое время спросила женщина.

Кора ничего не ответила, уставив на нее свои темные испуганные глаза.

Женщина достала откуда-то из-под сидения сумку и вынула оттуда парик с длинными завитыми волосами рыжеватого цвета. Она напялила его на Кору и посмотрела на нее оценивающе. Потом сняла с девочки красную курточку, в которой та гуляла по парку, и взамен протянула джинсовую рубашку.

– Так, надень это, – велела она, – и слушай меня внимательно. Кто бы тебя сейчас ни спросил, ты будешь отвечать, что тебя зовут Сара Браун, а я твоя мама. Поняла? Иначе…

И женщина показала ей на свой бок, где на ремне болталась кобура с большим пистолетом.

– Ты знаешь, что это такое?

Кора знала. Несмотря на запреты Лиз, ей удавалось иногда смотреть по телевизору взрослые фильмы вместе с папой. В этих фильмах люди стреляли друг в друга из таких штук, а потом падали мертвые. Губы у девочки задрожали.

– Не вздумай реветь! – прикрикнула на нее женщина. – Сделай, как я сказала, и все будет хорошо. Как тебя зовут? Ну, говори!

– Сара Браун, – пролепетала Кора.

– Вот и молодец. Давай, выше нос!

Через некоторое время машина остановилась. Водитель опустил тонированное стекло, и в окне показалось лицо полицейского.

– Констебль Джонсон, – представился он. – Добрый день, проверка документов.

Водитель спокойно сунул документы в окно, женщина улыбнулась:

– Вот документы, констебль, мои и моей дочери Сары.

Кора сидела ни жива, ни мертва. Она ждала, что вот-вот полицейский внимательно посмотрит на нее и скажет: «Ба, да это же никакая не Сара Браун! Это Кора Харпер». И тогда женщина, за любезной улыбкой которой девочка чувствовала напряжение, ее убьет. Никогда в жизни ей не было так страшно.

– Все в порядке, вы можете ехать, леди, – сказал полицейский.

Водитель снова поднял стекло. Женщина облегченно вздохнула.

– Ф-фу! Теперь постов больше не будет.

Они снова поехали, и снова ехали очень долго. На шоссе Кору перестало укачивать, и она даже задремала. Потом сильные руки похитительницы растормошили ее, стянули парик, от которого вспотела голова, и сонная Кора вслед за женщиной вышла из машины.

Она еще ни разу в жизни не была в настоящем лесу. Несмотря на страх, девочка сразу поняла, что за высоким забором коттеджа, возле которого стояла машина, начинается лес: покачивались вершины темно-зеленых елей, пахло сыростью и свежестью – совсем не так, как в парке возле ее дома. Во дворе коттеджа суетились какие-то люди. Один из мужчин подошел к ней и внимательно посмотрел сверху вниз:

– Не бойся, детка, мы друзья твоей мамы, – сказал он.

– У моей мамы нет таких друзей, – серьезно возразила Кора.

– Ну, это как посмотреть, – ответил мужчина, и они с женщиной негромко рассмеялись. – Отведи ее вниз, Расти, и возвращайся сюда, – мужчина отвернулся от Коры и перестал обращать на нее внимание.

Похитительница, которую, оказывается, звали Расти, снова схватила девочку за руку и поволокла к дому, где заставила спуститься через какой-то люк по небольшой железной лестнице. Внизу горел свет, но девочке все равно было страшно. Потом люк наверху закрылся, и Кора осталась одна. В помещение, где она находилась, не доносился ни один звук. Здесь было холодно, а одинокая лампочка заливала подвал зловещим, голубоватым светом. Кора села на одеяло, брошенное прямо на пол, обхватила руками коленки и закрыла глаза. Ей подумалось, что если она сейчас уснет, то все как-нибудь наладится, и проснется она уже дома.

От неожиданного звука ключа, поворачивающегося в замке, у Сандры сердце ушло в пятки. В открывшуюся дверь вошел глава службы безопасности и застыл на пороге, глядя на молодую женщину, не успевшую натянуть на бюстгальтер футболку.

– Как вы смеете, Мельдерс?! – зло крикнула она, прикрывшись одеждой. – И откуда у вас ключи от моей комнаты?

– У меня есть ключи от всех комнат, – сказал он, отворачиваясь. – Такова моя работа. Мне надо поговорить с вами, Сандра.