Брови Дамблдора в удивлении взлетели вверх.

– Неожиданно.

– Олливандер сказал, что он не ожидал столь скорой покупки этой палочки. Я так поняла, он выпросил у вас еще одно перо Фоукса?

– Да, а теперь когда это купили, он наверняка попросит еще одно, – Дамблдор выглядел задумавшимся. – Хотел бы я знать, что сейчас делает Гарри.

Гермиона кивнула.

– Я каждый день об этом думаю. Я хотела бы знать, прошла ли его обида. Я не стала бы винить его, если она не прошла, но ради него же самого, я надеюсь, что прошла. Я смогла пережить свою ошибку, но я всегда буду вспоминать о ней с горечью.

Дамблдор кивнул, соглашаясь с ее словами.

– Когда в последний раз ты пыталась с ним связаться?

Гермиона поморщилась.

– Пять лет назад. В первый раз я написала ему – без ответа, написала второй раз пять лет назад – ну, вы помните, что произошло.

Альбус усмехнулся.

– А почему вы никогда не пытались связаться с ним, сэр? – в любопытстве спросила Гермиона.

– Прежде чем покинуть магический мир, он взял с меня волшебную клятву, – печально ответил Альбус. – Только если он сам свяжется со мной, я смогу ответить.

Анжела с энтузиазмом показывала Кортни замок и его окрестности. Она знала эти места не хуже любых других учеников, потому что периодически жила здесь с тех пор, как ей исполнилось четыре года. Кортни же пребывала в абсолютной уверенности, что никогда не сможет запомнить все эти коридоры и лестницы, тем более что они еще и постоянно меняли свое расположение.

Когда они поднимались по одной из лестниц, нога Кортни внезапно провалилась сквозь ступеньку. Анжела, услышав ее негодующий вопль, обернулась и тут же начала хохотать.

– Прости, совсем забыла предупредить тебя о фальшивой ступеньке. Тебе нужно научиться перепрыгивать ее. Давай, помогу, – Анжела втащила Кортни обратно на ступеньки.

А потом когда они добрались до очередного лестничного пролета, Кортни чуть не упала, потому что он внезапно начал двигаться.

– Да эти лестницы просто опасны! – сердито воскликнула она, вызвав этим у Анжелы новый приступ смеха. – А еще я унаследовала неуклюжесть от моей мамы! Папа у меня двигается, как кот, а мама даже не может носить туфли на высоких каблуках, потому что все время спотыкается.

Девочки продолжили бродить по замку. Анжела рассказывала Кортни про портреты на стенах (с некоторыми из них они даже поболтали), показывала комнаты и все остальное, мимо чего они проходили. По пути им встретилось немало призрачных обитателей замка: Почти Безголовый Ник, Серая Леди, Толстый Монах и, к несчастью, Пивз.

Они спустились вниз, чтобы осмотреть подземелья. Когда Анжела показывала Кортни кабинет зельеваренья, из соседнего кабинета вылетел мужчина, похожий на огромного коршуна.

Заметив их, он рявкнул:

– Что вы здесь делаете?

– Профессор Снейп, директор попросил меня показать Кортни Хогвартс. Она магглорожденная ведьма и поступает на первый курс, – с уважением произнесла Анжела.

Профессор Снейп хмыкнул и быстро зашагал вниз по коридору.

– Что это было? – хихикая, спросила Кортни.

– Это профессор Снейп, он преподает зельеваренье. Он очень знаменит в своем деле. А вообще, мама с папой советовали с ним не ссориться. Раньше он ненавидел всех учеников не с его факультета – Слизерина – но Дамблдору удалось немного смягчить его, и теперь он обрушивает на тебя кару небесную, только когда ты плавишь котлы.

– А откуда ты это знаешь?

– От кузенов. У меня шесть двоюродных братьев и сестер, которые сейчас учатся в Хогвартсе, а пятеро его уже окончили. Дело в том, что мой папа был шестым из семи детей в семье. К счастью, семьи моих дядей довольно маленькие. Из них всех у папы детей больше всего. Кстати, в этом году в Хогвартс идет мой двоюродный брат Калеб, его папа – дядя Фред.

Продолжая свою прогулку, девочки встретились еще со многими учителями – и все они оказались куда более приятными людьми, чем профессор Снейп, отметила про себя Кортни. Анжела представила ее заместителю директора и преподавательнице трансфигурации профессору МакГонагалл, учительнице по полетам на метле Джинни Финч-Флетчли (Анжелиной тете), профессору Уизли – он преподавал чары, и профессору Лонгботтому, который учил травологии. Они уже направлялись в комнаты Анжелиной мамы, как вдруг столкнулись с профессором Блеком и еще одним мужчиной, которого Кортни пока не знала.

Он представился как Римус Люпин, учитель по заботе о магических существах, но как выяснила Кортни, этого предмета у нее не будет до третьего курса.

– А какие еще предметы предоставляются на выбор? – спросила она после того, как Сириус предложил им вместе перекусить.

– Ну, – начала Анжела, не дав профессорам вставить и слова, – во-первых, забота о магических существах, потом арифмантика, прорицание, древние руны и еще один-два предмета, которые преподаются, только если их хоть кто-нибудь выбрал, например, «Музыка и Магия» или «Теория магии», а в какой-то год даже ввели было «Магию без использования волшебной палочки». Раньше маггловедение тоже было выборочным предметом, но в последние десять лет оно стало обязательным для всех чистокровных первокурсников. А магглорожденные вместо этого ходят на дополнительную историю магии.