Шрифт:
Поздравляем вас с принятием в школу и желаем вам хорошо провести каникулы.
Минерва МакГонагалл,
Заместитель директора.»
Затем Кортни протянула письмо родителям Ее мать выглядела скептически.
– Дорогая, магии не существует, – начала она.
– О, я тоже так думала, но затем мистер, – она взглянула на письмо, – Дамблдор дал мне свою палочку. Я взмахнула ей и случайно подожгла ему бороду! – Кортни хихикнула.
Ее отец подпрыгнул и сказал:
– Но мы собирались в поездку!
– Дэвид, я думаю, один денек мы можем подождать. Я хочу узнать, что происходит. Сегодня мы поговорим с тем, кто к нам придет, а завтра утром поедем, – разумно предложила Кэтрин.
Дэвид Барнс, однако, выглядел очень недовольно.
Прим. автора: насчет того, что Гарри/Дэвиду исполняется 41. Хотя день рождения Гарри уже прошел, никто, кроме Гарри, об этом не знает. День рождения Дэвида в конце августа.
Глава 5. Её выбор.
«Ты знал, что рано или поздно это должно было случиться. Еще с тех пор как она в четырнадцать месяцев заставила перелететь к себе бутылку с молоком, ты понял, что письмо придет». Я все разговариваю сам с собой, ведя машину. Я сказал Кэтрин, что раз мы не уезжаем до завтра, мне нужно сделать несколько вещей. Вместо этого я поехал в парк и теперь сижу на скамейке перед прудом.
Я не соприкасался с моей прошлой жизнью вот уже восемнадцать лет. Я из всех сил старался отгородиться от всего, что было дорого мне тогда. Иногда я могу несколько дней подряд не вспоминать о магии.
Магия. Впервые за много лет я произнес, хоть и про себя, это слово. Все мои старые вещи, кроме волшебной палочки, хранятся в банковском сейфе, о котором моя семья ничего не знает. К стыду моему, мне все еще приходится иногда пользоваться палочкой, чтобы поддерживать мою измененную внешность и иногда помогать моим пациентам, когда нет другого выхода. И конечно, чтобы отвечать на нежеланные письма.
Я снова пытаюсь избегать проблемы. Кортни. Я должен прийти к какому-то решению. Майкл тоже получит письмо, когда ему исполнится одиннадцать. Это я понял, когда он перенесся из своей колыбельки ко мне на руки. Тогда ему было десять месяцев.
И я снова избегаю проблемы, верно?
Я не могу рассказать им. Я не хочу, чтобы они знали. Я просто не смогу вынести, если придется рассказывать им обо всех деталях. Но хочу ли я, чтобы моя дочь оказалась в том мире, с ними? С теми, кто когда-то называл себя моими друзьями. Мне это не по душе.
Нет, она не поедет в Хогвартс. Я резко встаю и решительно направляюсь к моей машине, но замедляю движения, когда моя рука касается ручки двери.
Разве я могу принимать за нее какие-либо решения? Какое я имею право отказывать ей в том, от чего отказался сам? Я сам выбрал затворничество, мою новую жизнь. Я не имею права заставлять жить в затворничестве и ее.
Но я ее отец! И я могу заставить ее делать то, что считаю правильным. Она не поедет в Хогвартс!
Но тогда мне придется объяснить. Кэтрин не позволит мне просто сказать «нет». Ей также не понравится, если я приму это решение, не посоветовавшись с ней. А я уже знаю, что Кэтрин скажет «да».
И что, я должен доверить им мою дочь? Как я могу им доверять? Я не верил никому из них с тех пор, как мне было пятнадцать.
Теперь я уже думаю о них и гадаю, кто придет сегодня вечером. Я надеюсь, это будет кто-то, кого я не знаю. Я не уверен, что смогу это вынести.
Я медленно иду по берегу пруда, иногда подбираю плоские камни и бросаю их прыгать по поверхности воды. Сейчас получилось не очень хорошо; он подпрыгивает лишь дважды, а затем тонет.
Что же мне делать? Я снова сажусь на ту же самую скамейку и смотрю на уток. Я буду скучать по Кортни.
Что? С чего возникла эта мысль? Я ведь еще не согласился отпустить ее! Я хочу защитить ее от них. В голову закрадывается другая мысль; я хочу защитить себя. Нет! Я хочу защитить ее!
Я зол. Как они смеют ставить меня в такое положение! Я вздыхаю. Это не их вина, что она родилась с магическими способностями. Это я виноват.
Могу ли наказывать мою дочь за мои собственные ошибки? Нет.
Я их ненавижу! Я не хочу ничего знать о них и не хочу, чтобы моя дочь что-то знала об их мире. Я не верю им. Я только хотел никогда ничего о них больше не слышать. Я не хочу получать письма, которые до сих пор приходят ко мне. Я не хочу думать о моем прошлом, о том, что было.
Но я должен!
Я не могу навязывать Кортни мою волю. Я никогда этого не делал и не стану делать этого теперь. Значит, я должен взвалить этот выбор на плечи одиннадцатилетней девочки, которая понятия не имеет о том, что с ней может случиться?
Это легко поправить.
Легко? Нет, рассказать ей о моем прошлом – это не легко. Итак, я предоставлю решать ей самой? Я должен.
Значит, Кортни поедет в Хогвартс. Я знаю, что она не откажется от такой возможности.
Я не хочу представлять ее в этом месте. Но образы все равно приходят. Интересно, кто сейчас преподает… Нет! Я не хочу этого знать. Меня это больше не волнует. Это больше не является частью моей жизни! Получается, мне придется беспомощно сидеть и смотреть, как моя дочь отправляется в этот мир? Похоже, что мне придется. Другого выбора у меня нет.