Эдик уже успел выпить достаточно, чтобы стать раскованным и приятным . Он отправился клеить даму -- как выяснилось, не даму, а сущее дитя. Но изощренное в своих желаниях. Это было интригующее сочетание.

– - Вы не замужем?
– - он не тратил времени на исполнение брачного танца и сразу перешел к делу.

– - Нет.

– - Второй бестактный вопрос: с кем-нибудь дружите ?

– - Нет.

Коротко и ясно. Что за славная куколка! (Только какого черта она здесь делает?)

– - Я вас провожу.

– - У меня машина.

– - Тем более. Подтолкну, если заглохнет.

– - Ладно. Тогда закусывайте, пожалуйста... * * *

...Вислюков уже целенаправленно двигался к нему, выставив коньячную бутылку, как ствол, и зажав рюмки между пальцами. Встретившись, они обменялись заблудшими душами...

(-- Что такое, старичок?

– - Депрессняк давит.

– - Ах ты, мой бедненький! Давай я тебя полечу...

– - Это уже тотально. Это -- клиника.)

...И начали лечить друг друга, зная, что все бесполезно.

3

Когда они вышли на улицу, снег уже прекратился. Было около полуночи. Городу, укрытому серым саваном, снился кошмарный сон. Какие-то паразиты корчились у него в кишках. Луна над крышей дома показалась Эду помятой, будто тоже перебрала.

Девочка его не обманывала -- в углу двора поместились фиат-темпо , темно-красный, как сгусток крови, и черный джип-чероки . Эдик хотел уже воспроизвести последнюю сводку об угонах, когда из-под арки вышли двое и двинулись ему навстречу. Сопляки. Лет по восемнадцать. Без видимых отклонений от нормы. Но отклонения были -- он нутром чуял.

Пыляев не удивился. Было бы странно, если бы этого с ним не случилось.

– - Ого, какая у тебя телка!
– - сказал один из сопляков.

– - Ребята, не пошли бы вы на хер?
– - тихо и вежливо осведомился Эдик.

Ребята его не послушали. Он не был разочарован.

Из чероки высадились трое. Десант на мою голову, -- печально подумал Пыляев, приготовившись во что бы то ни стало сберечь яйца (у него возникло предчувствие, что они ему еще понадобятся)... Луна вдруг стала такой яркой, словно в небе запылала магниевая вспышка. Двор был как на ладони.

Новые персонажи выглядели постарше и пострашнее. Матерые волки. У одного были перепонки между пальцами, у второго -- лиловая опухоль вместо правого глаза, а третий был красавчик. Только абсолютно лысый в свои двадцать восемь.

Глаз вяло приблизился. Он все делал вяло. Вяло взял сопляка за волосы, вяло приподнял ножку, вяло стукнул пацана рожей об свое колено... Что-то вяло хрустнуло. Глаз аккуратно положил сопляка на снег. Второй исчез. Мгновенно.

Глаз повернулся и произнес с интеллигентским придыханием:

– - Извините.

– - Спасибо, Гена, -- поблагодарил очаровательный женский голосок.

– - Слушай, я хочу с ним выпить, -- бубнил Эд, пока она доставала ключи из кармана шубы.

– - Ему нельзя. Он на работе.

В машине Пыляеву стало тепло и уютно, как в чреве у мамаши. В герметизированном салоне бесшумно работал воздушный фильтр. Пьянка у Вислюкова казалась далекой, будто происходила в палеолите. Черно-белая явь по ту сторону хрусталиков слегка покачивалась. Блаженно разбросав себя на сидении, Эдик рассматривал свалку компакт-дисков. Определенно, кто-то приучил девочку к приличной музыке.

– - На ваше усмотрение, -- сказала она, перехватив его взгляд.

О, у него было усмотрение ! Да еще какое! Он воткнул в чейнджер компакт Питера Грина и выбрал песню -- конечно, вот эту: Я потерял свои деньги, я потерял свою девушку, а теперь я теряю разум... Только после того, как Грин допел до конца, она спросила (ну что за благовоспитанное дитя!):

– - Куда вас отвезти?

Он проревел басом пару строк из романса:

– - Мне некуда больше спешить... Мне некого больше любить!..

– - Понятно. Как насчет кофе?

– - О! О!
– - у него не было слов.

Улыбаясь, она развернулась -- только шины взвизгнули. Чероки держался сзади, как тень.

Многоквартирный дом в центре города. Охраняемая стоянка. А возле подъезда -- несколотый лед. Оказалось, весьма кстати. Здесь она поскользнулась, и Эдику пришлось ее поддержать. Он сохранял перпендикулярность к земле и в джинсах. Странно -- ему казалось, что его мужественность впала в зимнюю спячку... Чероки остался дремать рядом с фиатом -- пример симбиоза в бездушном механическом мире.