Если он ее бросил, то почему бы ей не попытаться заключить союз с Джорджиной и Дугласом? Ведь без поддержки Карсона рассчитывать ей больше не на кого.

С другой стороны, при желании она могла спасти Дугласа Холлоуэя. Хотя – Шэрон мстительно улыбнулась – затея эта довольно рискованная.

Она подозвала официанта. По ее просьбе он отрезал кончик сигары и услужливо щелкнул зажигалкой. Шэрон с наслаждением затянулась.

Полет до Сиднея, даже в бизнес-классе, продолжался, казалось, целую вечность. Джорджина сначала намеревалась вести себя разумно: пить только воду, есть в умеренных количествах, чаще вставать и двигаться в проходах. Однако стоило стюардессе перед взлетом предложить ей шампанского, как она сдалась.

Вытащив из атташе-кейса документы, относящиеся к «Вест газеттир», она с головой погрузилась в работу. Да, дело было выгодное: доходы от рекламы большие. По крайней мере на бумаге все выглядело так. Штаты, правда, раздуты, по последним критериям «Трибюн», но жалованье сотрудников весьма скромное. Что ж, весьма привлекательная сделка, решила Джорджина.

Заглянув в кейс, чтобы достать досье основных акционеров, она наткнулась на какой-то красный конверт. Надписан он был почерком Белинды.

Распечатав конверт, Джорджина увидела большой лист бумаги.

«Милая моя Джорджина!

Прощай, любимая!

Навеки твоя,

Белинда».

Джорджина зажмурилась, глаза ее увлажнились.

Нет, не так она хотела расстаться с Белиндой, однако теперь, похоже, все мосты сожжены. Чем дальше она улетала от Лондона, тем сильнее становилась уверенность: да, так будет лучше для них обеих. Она любила Белинду, но недостаточно. Не та это была любовь. Она это наконец поняла.

И, осознав это, Джорджина вздохнула с облегчением.

С восемнадцатого этажа отеля «Сидней риджент» открывался завораживающе прекрасный вид. Слева – знаменитый Сиднейский мост, справа – не менее знаменитый оперный театр, лазурно-синяя гавань с сотнями яхт, паромов и катеров. Джорджина еще раз позвонила в свою лондонскую квартиру, но вновь ей откликнулся лишь автоответчик. И опять она оставила сообщение, хотя не была уверена, что Белинда его услышит.

Первая деловая встреча состоялась за обедом в «Мосмане», одном из лучших сиднейских ресторанов, славившемся морской кухней, который располагался над Мосманской бухтой.

– Изумительный вид, – сказала Джорджина сидевшему от нее справа Уолтеру Хирну, главному управляющему банка «Зенникл», одного из главных акционеров «Вест газеттир». Вторым ее собеседником был Питер Грэм, исполнительный директор банка «Ко-оп корп», которому также принадлежала значительная доля акций. Эта встреча носила неофициальный характер – стороны только прощупывали почву, проверяя серьезность намерений потенциальных партнеров.

– Вам, наверное, рассказывали про историю «Вест», – сказал Хирн. – Это наиболее прибыльная газета во всем Южном полушарии. Выходит шесть раз в неделю, кроме воскресенья. Это единственная газета, издающаяся в нашем штате. Прежде у нее были конкуренты, но все они продержались не долго. Так что положа руку на сердце разговор о продаже мы готовы вести лишь в том случае, если ваши предложения покажутся нам исключительно привлекательными.

В таком ключе беседа протекала и дальше – ни одна из сторон карт не раскрывала.

– Есть один вопрос, который очень нас волнует, – сказал Грэм. – Мы многие десятилетия создавали свой имидж – имидж банка, который печется о согражданах. И мы гордимся тем, что не инвестируем средства в компании или даже целые страны, где жестоко эксплуатируют людей или загрязняют окружающую среду.

Грэм снова подлил Джорджине вина. Выглядел он немного смущенным, однако продолжил:

– Ознакомившись с досье «Трибюн», я желал бы заручиться вашими гарантиями по поводу того, что вы не станете увольнять наших сотрудников так же скоропалительно, как сделали это в своих газетах. Профсоюзы издательских и типографских работников здесь исключительно влиятельны, да и руководителям нашего банка совершенно не хочется прослыть покровителями людей, которые ущемляют права трудящихся. Продажа газеты такому новому владельцу может подорвать нашу репутацию.

Джорджина прекрасно понимала, что гарантировать это не в состоянии. «Трибюн», завоевывая новые территории, неизменно проводила политику «выжженной земли». Дуглас считал, что, сокращая число сотрудников, можно сразу резко снизить расходы, а затем – в случае возникновения трудностей – ничего не стоит набрать новых людей, причем на жалованье существенно меньшее, чем у предыдущей команды.

– Я пока не имела возможности ознакомиться со всеми этапами производственного процесса, – уклончиво ответила Джорджина. – Прежде чем судить о численности персонала, желательно получить представление о том, как что функционирует.