— Потому что тренировок больше не будет, хватит, натренировались. У меня чуть сердце не выпрыгнуло, когда я увидел, что моя палка несется к твоей голове. С моими, как ты говорил, инстинктами шутить не стоит, потому как странные они у меня какие-то.

Уже сидя в рубке управления и колдуя с приборами, Эйсай спросил:

— Синд?

— Да.

— Я тебя освободил, теперь командуй, куда дальше. Могу высадить на любой планете.

Если бы Рип сам знал, куда дальше. Дома нет, близких тоже, друзья… где он ни появлялся, везде его норовили убить… Он повернулся к юноше:

— Отвези меня на Адонис.

— Ну, ты даешь, сразу в столицу, мне вообще-то без разницы, но почему именно туда, ты же раньше говорил, что тебе все равно.

— Нет, теперь не все равно. На Адонисе у меня остался один друг, старый и лучший друг, еще с тех времен. Теперь он занимает высокий пост, думаю, поможет по прошлой дружбе, может, удастся что-нибудь выяснить вместе.

— Как зовут твоего друга?

— Сэм Бруттаро, глава отдела в департаменте космических перевозок.

— Нет, не слыхал.

Да, Сэм — старый приятель — последняя возможность выяснить, кто он. Рип знал, что Сэм не откажет ему. Более того, он будет несказанно рад встрече, как был бы рад Рип на его месте; к тому же Сэм считал Винклера погибшим, погибшим по своей вине.

Однако существовала одна проблема, и как с ней быть, Винклер пока не решил, потому что рядом с Сэмом была… Надя.

Они поселились в «Риц-Галактик», сняли самый дорогой номер, один на двоих, Эйсай-сан, как потомок знатного рода, мог себе это позволить, а Рип, как новоиспеченный миллионер, наслаждался благами свалившегося состояния.

На следующий же день после прибытия Винклер в приподнятом настроении отправился в офис к Сэму. Эйсай же остался ждать результатов в гостинице.

Вернулся Рип к обеду, уже не такой радостный, вид у него был, как у побитой собаки, разрываемый нетерпением нихонец подскочил к нему:

— Ну что, поговорили, как твой друг, принял? Рип хмуро посмотрел на собеседника:

— Никак!

— То есть как это никак. Он что, выгнал, не узнал тебя?

— Не знаю, — буркнул Рип.

— Да не томи ты, объясни все по порядку.

— Будь они прокляты, бюрократы чертовы! Мать их. Поразводили, понимаешь, клопов, дармоедов. Да, прав ты был, тысячу раз прав, прогнила Империя, прогнила до основания.

— Ну, ты Сэма видел или нет?

— Нет!

— Почему?

— Почему, почему, не пустили, вот почему.

Эйсай начал улыбаться:

— Тебя не пустили?

— Да, не пустили и нечего рожу в ухмылке растягивать, пошел бы ты, тебе тоже не пройти.

— Неужели такого великого воина, как Всемогущий Винклер, и остановили какие-то жалкие чиновники. — Эйсай уже открыто смеялся.

— Да что ж мне на них с кулаками, что ли, или мечом перед мордой размахивать. Это тебе не Нихония.

— Хоть что они сказали?

— Сказали, что господин советник сегодня не принимает и нужно заранее записываться к нему, а если вы по личному вопросу, то для этого вообще отдельная очередь. Вот, пожалуйста, — заговорил он писклявым голосом, явно кого-то передразнивая, — можете зарегистрировать свое имя и фамилию, и возможно, заметь, возможно, через месяц мы вас вызовем. Нет, ты можешь себе представить.

— А ты хотел, чтобы тебя там с музыкой ждали. Ну ты хоть в журнале-то записался?

— А-а, — махнул рукой Рил, — да пошли они все!

— Ну, это ты зря.

— А что я, по-твоему, записать должен? Рип Винклер, ныне покойный, тема обсуждения — моя трагическая кончина пять лет назад!. Меня и на порог не пустят. Подумают, какой-то псих развлекается.

— Хорошо, а по телефону звонить пробовал?

— Звонил я. Секретарша трубку поднимает и голос такой приятный. Стерва! «Мистер Бруттаро сейчас занят, ах, принять, приемные дни у нас вторник и пятница, и запишитесь, пожалуйста. Да, да, я поняла, что вы друг детства, запишитесь, и я думаю, когда подойдет ваша очередь, господин директор будет рад видеть вас».

— Негусто.

— Я ж говорю, стерва.

— Ну, ну, потише, это ее работа, я бы на тебя посмотрел, когда б ты был таким начальником, Сэм-то, может, и рад тебя видеть, да вот только проблема сообщить ему об этом.

— Одно удалось выяснить. Сегодня вечером Сэм вместе с кучей всякого народу из правительства будут на вечеринке у какого-то… генерала, что ли. Имени я не запомнил. Юбилей или что-то в этом роде.

— Прекрасная новость, — воспрял духом Эйсай. — Ты мне рассказывал, как первый раз увидел Сэма. Чего ж сейчас нос повесил? Историческая встреча двух приятелей, разделенных временем и женшиной, состоится!