Шрифт:
– В других удобнее, - сказал Уэн.
– Кроме того, все эти леса и горы - заповедник или, если хотите, наш парк. Ну вроде как место отдыха и работы желающих...
И он исчез.
Эта странная манера обрывать разговор на полуслове удивляла командира. Но, поразмыслив, он понял, что все правильно, ибо нельзя назвать прерванным разговор, когда все сказано...
Как-то короткой ночью, когда одно солнце уже зашло, а другое только еще золотило морскую гладь, перед командиром, любившим гулять в эту прохладную пору, встал некто, очень похожий на Уэна.
– Почему вы не улетаете?
– спросил он.
Командир насторожился.
– Кто вы?
– спросил он.
– Уэн.
– Уэн другой?
– Мы все уэны. Это как вы - люди.
– Нам грозит опасность?
– Нет, нет, - быстро сказал незнакомец.
– Вас все любят.
"Вот тебе и раз, - подумал командир.
– О нас, оказывается, все знают. Может, они из своих "других" пространств все время наблюдают за нами?"
Он представил это и поежился. Человеку совершенно необходима уверенность, что он хоть иногда остается наедине с самим собой. Поэтому у всех разумных существ вселенной есть свои дома или свои отсеки...
– Почему вы не улетаете?
– снова спросил незнакомец.
– Вы этого хотите?
– Нет. Мы хотим, чтобы вы остались.
– Невозможно, - резко сказал командир.
– Тогда вся наша экспедиция была бы бессмысленной. А что может быть хуже сознания бессмысленности сделанного? Мы улетим, но не раньше, чем поймем все ваше.
Незнакомец грустно улыбнулся.
– Для этого вам пришлось бы жить вечно.
– Состарившись, мы уйдем в космос, - сказал командир.
– Возвратим себе молодость и продолжим изучение ваших наук.
– Не догоните.
– Кого?
– Науки. Пока вы будете летать, науки уйдут вперед.
Командир задумался. Впервые за сто тысяч лет странствий он почувствовал беспомощность перед стеной времени.
– Вот, - сказал незнакомец. Он протянул руку, как фокусник, взял откуда-то из пустоты небольшой цилиндр и начал снимать с его торца гибкие диски.
– Здесь все наши знания, век за веком. Мы верим, что вы не будете слепо копировать нас. Использование знаний, заложенных в этих дисках, потребует пересмотра убеждений. Вы, конечно, понимаете, что спешка в таких делах опасна?..
– Понимаем, - пробормотал командир, опешивший от такой невиданной щедрости.
– Но как вы можете передавать чужому такую ценность?
– Это не ценность. Это, как сказали бы древние, из моей личной библиотеки.
– И все же я хотел бы...
– Командир замялся. Ему казалось невозможным вот так пользоваться доверием, тайно увозить этот бесценный цилиндр.
– Надо бы сообщить тому Уэну.
– Сейчас он видит и слышит нас.
– Незнакомец снова дружески улыбнулся.
– Мы с вами очень похожи. Жаль, что между нами бездна времени.
И вдруг совсем по-земному похлопал командира по плечу.
Розовое солнце светило над чистым горизонтом. Тихо шумело море, ластилось к пологому берегу.
"Ну все, - подумал командир, оставшись в одиночестве.
– Больше нам здесь нечего делать". Он представил, какую сенсацию произведет этот цилиндр там, на Земле, и заторопился к ракете...
...И еще семь лет мчался "Актур-12" в темных глубинах космоса. Все космолетчики только тем и занимались, что непрерывно изучали бездну информации, хранившуюся в бесчисленных дисках уэнцев. И часто эта информация была столь неожиданна, что рождала на корабле неистовые долгие дискуссии.
Постепенно командир привык к легкости, с какой наука жителей тройной планеты отказывалась от стройности взглядов в пользу парадоксальности. Он понимал, что легкость эта - лишь видимость, кажущаяся снисходительность дальних потомков к заблуждениям предков. И все же не мог отделаться от ощущения, что история их науки - длинная цепь единогласно и восторженно принимаемых сюрпризов.
"Должно быть, такова природа уэнцев, - с завистью думал командир.
– Недаром они так обогнали всех".
Он вспомнил Землю, жестокие схватки самолюбий на любом, даже самом незначительном, повороте науки и утешал себя надеждами, что за сто тысяч лет и люди, вероятно, достигли немалого.
И вот случилось: очередной диск с информацией о древнейших временах уэнцев принес самый главный парадокс, невероятнейшую сенсацию.
Однажды командира разбудил тревожный вызов. Этим вызовом давно не пользовались, и командир, успевший забыть его назначение, не сразу понял, что делать. Он вскочил и кинулся было в командный отсек.