У ручья он резко повернулся лицом к Гэвину, взглянул ему в глаза.

— Мы с Марсали хотим обручиться.

Гэвин отпрянул, выжидательно прищурился.

— Мне нужно твое согласие, — продолжал Патрик.

С минуту Гэвин смотрел на него, потом уставился вниз, в бегущую в тесном русле прозрачную воду, и долго стоял так, не говоря ни слова, только мускул дергался на его щеке.

Патрик ждал, понимая, что не вправе просить друга о подобном одолжении. Тот и так уже пошел на поступки, которых ему никогда не простит родной отец. Но ради Марсали не следовало обручаться с нею без благословения ее брата. Сделать так означало совсем лишить ее поддержки семьи.

Наконец Гэвин тяжко вздохнул.

— Она всегда любила тебя, — медленно, задумчиво произнес он. — Я и хотел бы верить, что это не так, да только видел сейчас ее лицо.

Патрик не отвечал, не желая лишать друга свободы принять решение.

— Это защитит ее от Синклера, — точно про себя, вполголоса продолжал тот, покачивая головой. — Да и, правду сказать, я ни за что не согласился бы на его предложение, если б знал тогда, что ей оно не принесет счастья. — Он искоса взглянул на Патрика. — Разумеется, она и сейчас все-таки может вернуться домой со мною.

Патрику стоило большого труда говорить спокойно:

— Ты можешь поручиться, что ваш отец не попытается выдать ее за Синклера еще раз?

Гэвин надолго задумался.

— Нет, не могу, — ответил он честно и опять замолчал, подбирая слова. — Я хочу только, чтобы Марсали была счастлива, — продолжал он, — но разве может она быть счастлива там, где ее ненавидят?

— Элизабет обожает ее, — возразил Патрик, — и Алекс тоже. Не пройдет и недели, как многие другие тоже будут на ее стороне. Она быстро завоевывает сердца.

— Дьявольщина, — пробормотал Гэвин, — как же мы до этого дошли?

— Двух упрямых стариков обуяла гордыня, — ответил Патрик. — Они не желают слушать доводов разума и ломают собственные жизни. Но я не хочу позволить им разрушить наши.

Снова долгое молчание, и наконец Гэвин заговорил:

— Король одобрит твой союз с Марсали?

— Да. Я служил ему во Франции, он знает о помолвке и отнесся к ней благосклонно. Он одобрит все, что может принести мир в наши горы.

— Хорошо бы ваш брак помог этому, — вздохнул Гэвин. — Но мне остается лишь гадать, не приведет ли он к еще большему кровопролитию. Боже правый, если до отца дойдет, что вы с Марсали обручены… даже представить не могу, как он разъярится. Он не должен об этом знать. Хотя бы пока.

— Хорошо, будь по-твоему, — кивнул Патрик, предчувствуя победу. В голосе Гэвина не было заметно особой радости, но если бы он хотел сказать «нет», то сделал бы это сразу.

— Бьюсь об заклад, — сказал он как бы между прочим, — что Синклер уже не один год мутит воду и вот наконец нашел способ окончательно рассорить нас. Сначала из-за Маргарет, теперь из-за Марсали. Но вместе мы остановим его. Должны остановить!

Гэвин сжал кулаки.

— Если это подтвердится, богом клянусь, я сам убью его!

— У Синклеров сейчас один мой человек, — продолжал Патрик, чтобы отплатить Гэвину доверием. — Если они задумают новый набег, мы будем об этом знать.

Гэвин кивнул:

— Спасибо, что позаботился о Быстром Гарри.

— Скажи его родным, что он жив, но пусть ни единая душа больше об этом не знает. Его жизнь под угрозой. Синклеру не нужны свидетели его вероломства. Он сам рискует головой.

— Хорошо. Его жена сделает, как ты велишь, и сделает с радостью.

— Будь осторожен, Гэвин. Я ничуть не удивлюсь, если у Синклера есть шпионы в обоих наших кланах.

Гэвин резко обернулся, посмотрел на друга долгим, тяжелым взглядом. Вопрос, с которого начался разговор, все еще висел в воздухе без ответа.

Патрик, не дрогнув, выдержал этот взгляд.

— Я буду заботиться о ней, Гэвин. Клянусь.

Гэвин помедлил еще минуту, затем кивнул:

— Да, Патрик, знаю, будешь. Ну что же, обручайтесь. Я поддержу вас и заверю ваш союз.

Патрик протянул руку, и Гэвин крепко сжал ее.

— Я буду тебе братом.

— Да. И да поможет господь нам всем.

* * *

Обряд обручения не требовал особых церемоний. Молодым нужно было лишь высказать вслух свое согласие.

Марсали стояла рядом с Патриком, рука в руке. Он повернулся, посмотрел на нее, и в глубине зеленых глаз блеснуло нечто, чего она не могла определить.

— Обещаю всегда защищать и чтить тебя, — просто промолвил он.

Она хотела большего, любовных клятв, признаний, но не могла просить об этом, ведь рядом с ними стояли Гэвин и Быстрый Гарри. Однажды она еще услышит желанные слова.