Отличное решение… если не считать того, что под её кроватью теперь кто-то живёт.
Он — не человек.
Он — холод, тьма и страж границы между миром людей и Безмирьем.
И последние двести лет его никто не видел.
До неё.
Кира с детства видит монстров и рисует их.
Поэтому, когда невидимый сосед впервые касается её плеча, она не убегает.
Она остаётся.
Плохая идея.
Потому что граница между мирами рушится.
Что-то древнее просыпается.
И теперь их встреча — не случайность.
Это начало.
- Любовь, которая начинается с тьмы.
- Страж, который слишком долго был один.
- Близость, за которую придётся платить.
- И сущность, которая пытается вырвался на свободу.
«Мой монстр под кроватью, или Гарантия на близость» — нулевая история (пролог) цикла «КОД: Безмирье».
Далее: расследования, демоны и охота на тех, кто вышел из тьмы.
ПРОЛОГ
Столица, пять лет назад
Она пришла прощаться.
Старуха опустилась на колени в самом дальнем углу спальни, медленно, тяжело, держась за стену. Суставы скрипели. Половицы скрипели. Весь дом скрипел, будто живой, будто тоже чувствовал: эта ночь последняя.
Перед ней на полу стояло старое блюдце с трещиной. На блюдце три свечи: чёрная, белая, красная. Она зажгла их спичкой с красной головкой, чиркнув о коробок. Пламя дрогнуло, отражаясь в тёмных стёклах окна.
Пахло воском. Пахло травами, собранными в прошлом августе. И пахло Им, тем особенным холодом, который не могли объяснить никакие сквозняки.
— Ну всё, — сказала она негромко. — Ухожу я.
Тишина. Свечи дрогнули разом, хотя окна закрыты, а дверь заперта.
— Квартиру продадут, — продолжала старуха, и голос её звучал ровно, без тени страха. — Кто-то новый придёт. Молодые, наверное. Шумные. Ты уж не серчай на них. Они не виноваты, что тут твоё место.
В углу никого не было. Только тени сгущались чуть сильнее, чем положено. Только холод полз по полу, касаясь босых ног, забираясь под подол длинной юбки.
— Я тебя не видела ни разу, — продолжала старуха, глядя в темноту. — Но знала. Все эти двадцать лет… — она усмехнулась. — Или сколько там? Память уже подводит... Ты меня не пугал. Почти не пугал. Спасибо тебе.
Тени дрогнули. На миг ей показалось, что воздух стал плотнее. Будто кто-то шагнул вперёд, но не решился показаться.
— Свечи больше жечь некому, — вздохнула она. — Старая я, мне уж недолго осталось... Ты теперь сам как-нибудь.
Старуха помолчала, глядя на огоньки. Потом медленно, с усилием поднялась. Хрустнули колени. Заныла спина.
— Прощай, — шепнула она в темноту.
И задула свечи.
В комнате стало черно. Только луна едва пробивалась сквозь пыльное стекло, рисуя на полу бледные полосы.
Старуха пошла к двери, но на пороге остановилась. Обернулась.
— Прошу, — сказала тихо. — Тех, кто придёт… Ты не пугай сильно, хорошо? Вдруг останутся. Поймут.
Она помедлила, будто ждала ответа.
Но ответа не было.
Только холод. Только тени. Только тишина.
Старуха вышла. Дверь притворилась за ней сама.
* * *
Квартира долго стояла пустой.
Риэлторы приводили покупателей, но те мялись на пороге, крутили головами и уходили. Соседи говорили: «Там нечисто», «Там бабка какая-то жила, странная», «Там по ночам холодно, даже летом». Квартира обрастала слухами, как старый дом плющом.
Никто не хотел покупать жильё, от которого по телу пробегали мурашки. Никто не хотел ложиться спать в комнате, от стен которой веяло холодом. Никто не хотел подходить к тому углу, в котором чувствовалось чужое, незримое присутствие, будто кто-то стоял там и ждал, затаив дыхание.
Но однажды пришлаона.
* * *
Столица, наши дни
— Квартира хорошая, — риэлторша заискивающе улыбалась, но в глазах плескалось отчаяние. Она уже устала продавать эту чёртову двушку на первом этаже. — Недалеко от центра, тихий район, высокие потолки… — женщина запнулась, подбирая слово, и выдала с фальшивым энтузиазмом: — Атмосферно!
Девушка с красными волосами стояла у окна и смотрела на заросший палисадник. Потёртая косуха, джинсы, тени от бессонницы под глазами. Во взгляде было то выражение, которое появляется у людей, которым больше нечего терять.
— Я, понимаю, что дом старый. Но всё же, почему так дёшево? — спросила она, не оборачиваясь.
Риэлторша замялась. Секунду решала, врать или нет.
— Ну… вы всё равно от соседей узнаете. Скрывать бесполезно. — Она переступила с ноги на ногу. — Слухи ходят. Глупые, конечно. Что здесь… ну, привидения.
— Привидения, — ровно повторила девушка, всё ещё глядя в окно.
— В квартире никто не умирал, это точно! — зачастила женщина. — Предыдущая владелица просто съехала, подробностей не знаю. Родственники хотели побыстрее продать, а оно вон как затянулось. Теперь цену скинули, так что вы не упустите такую возможность!
Девушка молчала.
Риэлторша зачем-то добавила:
— Говорят, от квартиры холодом веет. Даже летом. И по ночам звуки… — Она сглотнула. — Но вы же не суеверная?
Девушка обернулась.
Ярко-красные пряди упали на лицо, она убрала их движением, от которого у риэлторши вдруг забегали мурашки. Не от страха, а от чего-то другого. От того, как эта странная девушка смотрела сквозь неё, будто уже видела что-то своё.
— Холодно, — медленно повторила та. — Звуки по ночам. Тёмные углы, где можно поставить мольберт.