Пауза была короткой, но тяжёлой.
— Чтобы потом не было проблем с тем, кто отец.
Эрэйн Норвелл — жестокий дракон-император. У него есть невеста и есть всё, что он может пожелать.
Но он предпочёл лишить невинности меня — вместо моего супруга, потребовав право первой ночи.
И это привело к краху.
Муж не простил подобного и решил отыграться на мне. Более того, из-за своей особенности, я сразу же забеременела.
Я не могу рассказать императору о его наследнике, потому что он не поверит.
Я не могу рассказать императору, что мой муж — мятежник, потому что я тоже теперь предательница.
Я понимаю, что в этой игре Сильных моего сына сразу захотят убить вместе со мной, ведь такие как я не должны даже рождаться.
Что же мне делать?
Глава 1
— Ваше Величество? — с испугом выдохнула я. — Что вы здесь делаете?
Дверь ударилась о дверной косяк так, что с потолка посыпалась штукатурка.
В моей спальне — там, где я ждала своего законного супруга, — на пороге стоял он.
Эрэйн Норвелл.
Император-дракон.
Он был на две головы выше меня — широкоплечий, мощный, с длинными, тёмными волосами, убранными в высокий хвост, в расстёгнутом чёрном камзоле, расшитом золотой нитью.
По его лицу ходили желваки, соболиные брови были сведены вместе, резкие, словно высеченные из камня черты лица искажались — то ли пренебрежением, то ли превосходством.
Я не могла понять.
Красота императора-дракона была мужественной, хищной, опасной.
Я никогда не видела его вживую, и когда он внезапно прибыл на мою церемонию бракосочетания, я уже поняла — это не просто так.
Его сила не требовала доказательств — она давила, лишала воздуха, заставляла подчиняться ещё до приказа.
Взгляд был тяжёлым, тёмным, обжигающим, будто он уже решил мою судьбу.
От него веяло властью, железной уверенностью и тем опасным мужским притяжением, от которого дрожат колени и хочется бежать без оглядки.
Моя драконица внутри застучала клыками от страха и спряталась так глубоко, где её невозможно было достать.
Меня заколотило. По телу прошла мелкая дрожь.
Я не могла вынести его ауру — мощного, свирепого зверя, что смотрел на меня из человеческой оболочки.
А что если узнает, кто перед ним? Что если почувствует мою особенность?
Мне тогда не жить!
Таких как я истребили только по праву рождения.
Глаза императора драконов изменились — из тёмных они стали жёлтыми.
По его шее побежала чёрная, чешуйчатая полоса.
— Я пришёл исполнить супружеский долг, вместо твоего мужа, — утробно прорычал император.
У меня внутри все обмерло от страха, я не могла не вздохнуть не выдохнуть.
— Ч-что?.. — я стала заикаться, попятилась назад.
Лопатками я ударилась о стену. Сдавила горло рукой, пытаясь вдохнуть. Другой сжала ворот халат.
Я была такой слабой. Как же остро я это ощущала в это мгновение! Я не оборачивалась никогда драконицей, не могла выпустить даже когти для защиты. Потому что это было опасно — для нашей с ящеркой жизни.
Идти против императора всех драконов — это заведомый проигрыш. Даже если я выбегу на балкон, спрыгну и у меня получится расправить крылья, он поймает, как коршун птицу.
Сожмёт в когтистых лапах — и я испущу дух.
Я хотела прожить долгую, тихую жизнь с хорошим мужем.
И, если бы боги были милостивы, никто и никогда не узнал бы, кто я на самом деле.
А сейчас…
— Но вы мне не супруг. И я… не одета. Я должна просить вас уйти…
— Ты ничего не можешь просить и требовать, — император драконов в два шага преодолел расстояние между нами и навис надо мной.
Меня трясло. Я только что вышла из ванной, дожидалась супруга после обряда бракосочетания. И вот… дождалась.
— Но…
— Без «но», Ассоль. Я возьму то, что пожелаю. А желаю я — тебя.
— У меня есть супруг! Мой Генри…
— Твой муж развлекается и вполне тоже отлично проводит время.
— Это неправда! — дыхание снова перехватило. Перед глазами заплясали мушки.
— Пойдём, я тебе кое-что покажу, — процедил император.
Его голос прокатился по комнате низким раскатом, словно над самым замком разверзлась гроза. Он не повышал тон — в этом не было нужды. Слова ложились тяжело, давили, проникали под кожу, заставляя тело реагировать быстрее разума.
Я заметила, как Его Величество был зол. Хотя это я должна была злиться.
Ведь об этом праве первой ночи никто и никогда не вспоминал многие десятилетия!
И почему именно со мной император решил им воспользоваться — да ещё и злился от этого?
Или я чего-то не понимаю?
И чтобы запудрить мне голову, император придумал ложь! Я не верила ни единому его слову.
Я не могла просто поверить!
Мой Генри был так красив, учтив, хорошо воспитан — единственный наследник старого барона.
Он ведь признавался мне в любви, целовал мне руки и терпеливо ждал моего согласия на брак целый год.
Его Величество сделал еще шаг — всего один, но пространство между нами сжалось, будто воздух стал плотным и вязким. Мне показалось, что стены придвинулись ближе.
Колени предательски ослабли, дыхание сбилось, а по позвоночнику прошла горячая волна, от которой хотелось одновременно отступить и замереть на месте. Но позади меня была стена. Некуда отступать.
Его взгляд удерживал, не позволяя отвести глаза. В нём было обещание силы — грубой, абсолютной. Такой, перед которой не спорят и не просят. Такой, которая просто берёт.