Жестокий генерал Вересковых долин.
— Я уже отправил императору прошение о разводе. Хочу жениться на другой.
— Я люблю тебя… — вырвалось хрипло.
— А я — нет. Не унижайся, Анна. За десять лет мы так и не стали близкими.
— Потому что ты был на войне! А я здесь! Воспитывала наших детей!
Он стряхнул мои руки и встал из супружеской кровати.
— Я понял, что каждый новый день на фронте может стать последним. И я хочу прожить его так, как пожелаю.
И Рейгард Торнхольд ушел, забрав сыновей с собой.
А как буду жить я — брошенная и преданная?
Я соберу себя по кусочкам ради малышки под сердцем. Отправлюсь на границу за младшим сыном, чтобы научить справляться с опасным даром. И муж не узнает меня.
Но для этого… придётся вспомнить, кто я.
Глава 1
— Одевайся, Аннабель, — муж потянулся за рубашкой, сидя на краю кровати, и начал неспешно одеваться. Он не смотрел на меня. — Нам нужно поговорить.
Я прижала простынь к груди.
— О чём?
Я так скучала. Мы не виделись последние полгода. Мой муж генерал постоянно пребывал на границе с Империей Демонов.
— Я хочу развестись с тобой. У меня есть женщина, что греет мне постель на фронте.
— Что?!
Сначала я опешила, словно оглохла и ослепла. Потом нервно рассмеялась.
— Это… это ведь… шутка…— лепетала я, круглыми глазами смотря на любимого мужа. — Не правда.
— Я не повторяю дважды, Аннабель, и ты должна была это уже уяснить.
Его слова больно ударили под дых.
— Мы десять лет в браке, Рейгард… У нас двое детей… Я люблю тебя!
Он медленно повернулся, и я увидела его пустой, равнодушный взгляд.
— У нас с тобой политический брак. Хотя я до сих пор не могу понять, чем руководствовался император, когда обязал меня жениться на тебе. Но ему, видимо, виднее.
— Я была невинна, когда вышла за тебя!
Я задохнулась от смысла, что он вложил в слова.
— Я помню. И потому, опять же, не понимаю. Но не суть.
Он думал, что я была фавориткой Его Величества Эрэйна Норвелла, потому он, наигравшись, выдал меня замуж.
Да и сама я была баронессой не по рождению. Эрэйн даровал мне титул, чтобы этот брак не был слишком странным.
Хотя даже так… это всё равно в глазах знати почти мезальянс. Потому что мой муж — герцог. Родители Рейгарда меня до сих пор не приняли.
И никогда уже не примут.
Мой супруг в своё время не озаботился этим фактом, чтобы помочь влиться мне в свою семью, ему проще было уехать на границу и приезжать редкими наездами домой, а я… я просто решила не обращать внимания.
— Я все эти десять лет любила тебя! Я ждала тебя!
— А я так и не смог полюбить тебя.
Говоря все это у Рейгарда было мрачное и отчуждённым лицо.
Каждое его слово больно впивалось в грудь, меня трясло, внутри то взрывался вулкан, бросая в самое пекло, то холодило, как от ледяной магии.
— Но как же… дети?
Я хотела удержать мужа. Я была готова упасть ему в ноги!
— Дети останутся со мной. Мальчики должны воспитываться отцом.
— Ты уже забрал Филиппа год назад! Я не видела его так давно. Оставь мне хотя бы Арта!
— Арта я тоже заберу. Ему уже пять — и пора привыкать к мечу.
— Рейгард… — я подалась вперёд, вцепилась в плечи мужа, вглядываясь в его желтые глаза. — Зачем ты так со мной? Мне больно, — последнее слова я проскулила как побитая собака.
Хотя почему как… я и была побитой собакой. Безродной сиротой. Без рода, имени и даже личности.
— Я не хочу больше обманывать тебя. У нас не брак, а подобие. Спасибо тебе за детей. Я назначу тебе денежное довольствие. Я уже отправил императору письмо-прошение о разрыве. Я хочу заключить брак с другой.
Я умирала с каждым словом… едва могла дышать.
— Я люблю тебя… — задушенно прохрипела.
— А я тебя — нет. Не унижайся, Анна. Прими мой выбор. За десять лет брака мы так и не стали по-настоящему близкими людьми.
— Потому что ты всё время на войне! А я здесь! Воспитывала наших детей!
Он ушёл от моего прикосновения, сбросил мои руки.
— Нет, Анна. На этом всё. Я понял, что каждый новый день для меня на фронте может стать последним, и я хочу прожить его так как пожелаю.
— Зачем ты переспал со мной? — выкрикнула я.
Но равнодушный муж лишь пожал плечами, а потом встал, продолжая медленно, застегивая пуговицы на рубашке.
— Ты, видимо, давно не видела мужчину. И была так голодна до ласки.
— Видимо? Ты думаешь, я изменяла тебе?!
Но тот промолчал. А я словно падала, падала и никак не могла достигнуть дна.
— Так ты… облагодетельствовал меня, что ли? — я в ужасе отшатнулась от него. Сжала шелковую простынь на голой груди.
Он снова разорвал мне сердце, вогнал прут — и крутил, крутил его.
— Не устраивай истерик. Ты ведь не склонна к ним. Я подожду тебя внизу. Я сам скажу сыновьям о нашем разводе. Сегодня же я планирую уехать обратно. С ними.
— Оставь мне детей, — Я задыхалась от ужаса.