А затем появилась вдова Хепберн, выхода которой он ожидал весь день. И ему даже не пришлось завоевывать ее доверие. Он понравился ей с первого взгляда благодаря тому, что кормил этих детей, - и, вспомнив, сколько голодных детей ей довелось видеть накануне, по дороге из Международного аэропорта Гуаякиля, она произнесла: «Ах, как это прекрасно! Как это прекрасно с вашей стороны!» Ибо она предположила - и никогда уже не думала иначе, - что этот человек заметил толпившихся снаружи детей и пригласил их зайти, чтобы покормить.

– Почему я не могу быть такой, как вы?
– продолжала Мэри.
– Я сидела у себя наверху и занималась лишь тем, что жалела себя, - вместо того, чтобы быть здесь с вами и делиться всем, что у нас есть, с этими бедными детьми, стоящими на улице. Мне так стыдно за себя, но с моими мозгами в последнее время что-то неладно. Порой я готова их просто убить.

Она принялась заговаривать с малолетками по-английски - на языке, который те так никогда и не научатся понимать. «Ну как, вкусно?
– спрашивала она и затем вновь: - Где ваши мамы и папы?» И так далее в том же духе.

Девочкам не суждено было выучить английский, поскольку наречие канка-боно с самого начала стало языком большинства колонистов на Санта-Росалии. Через полтора века ему предстояло стать языком большей части человечества. А еще сорок два года спустя - единственным его языком.

Мэри не было нужды раздобывать девочкам лучшую пищу. Питание, состоявшее из арахиса и апельсинов, которые в изобилии имелись за стойкой бара, было для них идеальным. Малышки выплевывали все, что казалось им несъедобным: вишни, зеленые оливки и мелкие маринованные луковички. Так что помощь им была не нужна.

Поэтому Мэри и *Уэйт могли просто наблюдать за ними и болтать, знакомясь друг с другом.

*Уэйт распространялся о том, что, по его убеждению, люди живут на земле, чтобы помогать друг другу, - вот почему он кормит этих детей. Дети - будущее планеты, сказал он, и потому являются главным ее природным богатством.

– Позвольте представиться, - наконец произнес он.
– Меня зовут Уиллард Флемминг, я из Мус-Джо, штат Саскачеван.

Мэри в ответ рассказала, кто она и что: вдова и в прошлом преподаватель. На что *Уэйт выразил свое восхищение учителями и признательность за то влияние, которое они оказали на него в юности.

– Если бы не мои школьные преподаватели, - сказал он, - мне бы ни за что не поступить в МИТ. Я бы, вероятно, вообще не пошел в колледж, а работал бы автомехаником, как мой отец.

– И кем же вы стали?
– спросила она.

– Полным ничтожеством - с тех пор, как жена умерла от рака, - печально отозвался он.

– Ах!
– промолвила она.
– Простите, я не хотела...

– Ну, вы ведь в этом не виноваты, верно?
– успокоил он ее.

– Верно, - промолвила она.

– А до этого, - вновь заговорил он, - я был инженером по ветряным мельницам. Я носился с безумной идеей ввести повсюду использование этой чистой и бесплатной энергии. Вам она тоже кажется безумной?

– Замечательная идея, - возразила она.
– Как раз то, о чем мы часто разговаривали с мужем.

– Энергетические и осветительные фирмы ненавидели меня, - продолжал он.
– А также нефтяные магнаты, угольные магнаты и трест атомной энергетики.

– Нетрудно догадаться!
– поддержала она.

– Зато теперь они могут больше не беспокоиться, - закончил он свой рассказ.
– После смерти жены я закрыл свое дело и с тех пор путешествую. Даже не знаю, чего я ищу. И сильно сомневаюсь, есть ли смысл вообще что-то искать. Лишь в одном я уверен: вновь полюбить я не смогу.

– Вы столько можете дать миру!
– воскликнула она.

– Если бы я еще когда и полюбил кого, - продолжал он, - то уж никак не глупый, смазливый, пушистый клубочек, каким многие сегодня, похоже, хотят видеть свою избранницу. Я такого просто не выношу.

– Ни за что бы не подумала, - отозвалась она.

– Судьба избаловала меня, - посетовал он.

– Наверное, вы того заслуживали, - заверила она.

– Я задаю себе вопрос: «Какой толк нынче в деньгах?» - поделился он.
– Я уверен, что ваш муж был столь же хорошим супругом, как моя жена - супругой...

– Он был действительно очень хороший человек, - подтвердила она.
– Замечательный мужчина.

– Так что теперь вы наверняка спрашиваете себя о том же: «Какой толк человеку в деньгах, когда он остался один?» - подхватил он.
– Предположим, у вас есть миллион долларов.

– Упаси Господи!
– воскликнула она.
– Таких денег у меня сроду не бывало!

– Ну хорошо - тогда сто тысяч...

– Это чуть больше похоже на истину, - согласилась она.

– Теперь ведь они все равно превратились в мусор, верно?
– продолжал он.
– Какое счастье могут они принести?