Здесь излагалась известная городская легенда. Давным-давно в Фарфоровом гроте произошло убийство. С тех пор люди стали видеть в гроте фигуру женщины в белой одежде. Призрак невинно убиенной жертвы бродил по ночам вокруг грота, взывал и молился... Очевидцы рассказывали, что призрак порой появляется даже днем.

Читая, Пилипенко неожиданно улыбнулся, но мгновенно посерьезнел. Жаров понял, что они оба вспомнили одно и то же.

Дело в том, что они тоже видели этот призрак — в детстве, лет двадцать пять назад. Легенда о Фарфоровом гроте не давала мальчишкам покоя, и они решили ее проверить. Жаров был тогда Витькой, а Пилипенко — Вовкой. Жаров помнил эту ночь до мелочей.

Старый заброшенный парк, здесь когда-то была чья-то усадьба, которая сгорела во время войны. Вот и поляна, окруженная толстыми дубами, почти ровная площадка, а там, где снова начинается крутой подъем, — Фарфоровый грот.

В небе застыла полная луна, поляна освещена ее серебряным светом, вдали зияет черная арка грота... Дуб стоит, словно полуразрушенный памятник, широко раскинув толстые ветви. Кипарис, начинающий аллею от входа в грот, чуть машет кончиком верхушки на ветру. Птица садится на эту верхушку, шевелится, успокаивается... Но что это?

Под аркой, в глубине Фарфорового грота, действительно стоит женщина. На ней длинное старинное платье, несмотря на то что сейчас весна и довольно холодно. Белое платье, и сама женщина — тоже белая.

Витька и Вовка бросаются прочь, бегут без оглядки по лестницам и так шпарят аж до самой бани, где светло от фонарей, движутся машины и ходят люди.

Позже Жаров водил к Фарфоровому гроту своих девушек, но туманная белая фигура почему-то больше не появлялась. Возможно, она им просто померещилась, и они увидели то, что хотели увидеть. Правда, странно, что оба увидели одно и то же...

С этого призрака, в принципе, и начался между ними многолетний метафизический спор, определивший их мировоззрение. Жаров считал, что призрак был и они его видели. Пилипенко утверждал, что в гроте просто стояла какая-то реальная женщина; мало ли, кто и зачем ходит тут по ночам...

И вот, месяц назад в редакции появилась Тамара Коршунова, экскурсовод с Поляны сказок, и принесла этот материал. Городская легенда была не только красиво изложена, но даже опиралась на факты.

В газете за 1905-й год говорилось о том, что ревнивый доктор зарезал в гроте свою молодую жену. Сообщались подробности: он использовал медицинский скальпель. Тело нашли не сразу, лишь через две недели. Женщина не была похоронена в течение девяти дней, вот почему, как предполагалось в статье, решенной в мистическом духе, и появился в Фарфоровом гроте призрак.

Но на этом история Фарфорового грота не заканчивалась, а напротив — только начиналась.

В 1939 году в гроте произошло убийство, точно при таких же обстоятельствах — муж зарезал скальпелем свою жену. Следующее преступление произошло в семьдесят третьем...

3

Пилипенко закончил чтение и накрыл подшивку ладонью.

— Странные совпадения, — проговорил он. — Дело об убийстве семьдесят третьего года я запросил в архиве, а вот с тридцать девятым не ясно: довоенные архивы уничтожены во время оккупации...

Жаров удивился:

— Ты запросил дело в архиве? Что ж, меня радует твой интерес к этой публикации.

— Радует его, — пробурчал Пилипенко себе под нос. — Недолго тебе осталось радоваться. Ты мне скажи начистоту. Вот ты печатаешь в своей газете такие вещи. А сам-то хоть чуть веришь во все это?

Вопрос был трудный, мировоззренческий. Начинать дискуссию с раздраженным неизвестно чем Пилипенко Жарову не улыбалось, и он коротко ответил:

— Нет, конечно.

— А что ж публикуешь такую дрянь?

— А ты посмотри, как называется рубрика.

Пилипенко заглянул в газету и прочитал вслух:

— «По ту сторону: смелые мысли о непознанном». Так. А вывод из всего этого — тоже смелая мысль?

— Какой вывод? — не понял Жаров.

— Вот этот. Который делает автор статьи. Вернее, твоя авторша. Первое убийство произошло в девятьсот пятом. Второе — в тридцать девятом. Через тридцать четыре года. Следующее — семьдесят третий год, опять тридцать четыре. А сейчас какой? Снова прошло тридцать четыре года. Так и написано: каждые тридцать четыре года в Фарфоровом гроте происходят некие странные события... Ну-ну. Убийство у нее — «странное событие».

Пилипенко встал, прошелся по комнате со сцепленными за головой руками.

— Знаешь что, — начал он, — ты мне, конечно, друг, но... В общем, я собираюсь закрыть твою газету.

Жаров покачал головой.

— Ты? Как ты себе это представляешь?

— Это уже мои проблемы.

Жаров усмехнулся.

— Пожалуешься, кому следует. Напишешь возмущенное письмо, как пенсионер.

— Что-то вроде того...

— Что я печатаю ненаучные материалы, непроверенные факты... Что моя газета — вообще для дураков.