— Зра-ась-сть, — сквозь зубы поприветствовал он всех сразу.

— Познакомьтесь, — предложил майору Санька. — Ковбой. А вообще-то — Саша. Хороший парень.

— А есть такие? — сощурив глаза, тиснул Лучников вялую кисть Ковбоя. — Приводы в милицию были?

— А что? — глухо спросил в свою очередь Ковбой.

— О! Значит, были! Но ты не наш, не перевальненский. Точно?

— Да, — нехотя ответил Ковбой.

— У меня к тебе просьба, — обратился к роллеру Санька. — Там, за стеклом, задержанный человек. Посмотри внимательно, не он ли передавал тебе записки?

Сонные глаза Ковбоя уставились на стекло, внимательно изучили прозрачные уши следователя, потом ежик на голове альпиниста, и теперь уже губы пацана, тоже вялые и тоже сонные, объявили:

— Нет там его.

— Да ты не бойся! — покраснел Санька.

— А кого мне бояться? Ты про стриженного, что ли, спросил?

— Да. С короткой прической.

— Ну, я тебе верняк говорю: не он! Тот — красавчик, мягкий такой, как пластилин. А этот крестьянин какой-то!

— Значит, еще один есть? — похмурел Лучников.

— Значит, есть, — устало и безразлично ответил Санька.

Вчетвером они вышли из потайной комнаты, и, стоило Лучникову с экспертом оторваться от них на три-четыре метра, Санька шепотом спросил раскачивающегося, будто матрос на штормовой палубе, Ковбоя:

— Что по гостиницам?

— Облом.

— Может, упустил?

— Обижаешь!

— Что ж делать? — уже самого себя спросил Санька.

— Потеть и бегать, — схохмил Ковбой.

— Ну, ты это!..

Санька остановился и в упор посмотрел в глаза Ковбою. Сонная пленка на них дрогнула, и роллер торопливо произнес:

— Я еще в казино не заныривал!

— Ну так занырни! — потребовал Санька и увидел, что Лучников завернул в свой кабинет. — Извини, мне нужно один вопрос решить. До завтра!

Кабинет Лучникова оказался типичным кабинетом начальника отделения милиции: могучий канцелярский стол, до потолка заваленный бумагами, подробнейшая, до каждого домика и сарайчика, карта поселка во всю стену, телевизор с брикетом видеомагнитофона на нем, стеллаж с полками, плотно, до стона утрамбованными папками скоросшивателей, инструкциями, пособиями и лакированными кирпичами детективов.

— Подполковник Сотников — у телефона, — сквозь шорох ответила Саньке Москва.

Он плотнее, до боли в виске, прижал трубку к уху и в тон абоненту произнес:

— Старший лейтенант Башлыков тоже у телефона…

— Санька, ты?! — удивилась трубка. — Привет! Решил вернуться?

— Пока еще нет, — остудил он своего бывшего сослуживца по отделу. — Как там у нас?

— Раз «у нас» сказал, значит, вернешься, — подвел итог Сотемский. — Точно?

— Ладно. Как там у вас дела?

— Сводку за сутки зачитать?

— Длинная?

— Как обычно, — с профессиональной радостью сообщил Сотемский. — Убийства, ограбления, наркотики, взрывы, поджоги. Среднестатистический вариант.

— Что-нибудь связанное с шоу-бизнесом есть?

— Ты имеешь в виду покушения на певцов? — по тону вопроса чувствовалось, что таких покушений нет.

— Не обязательно. Посмотри, пожалуйста… Я имею в виду казино, студии, концертные залы…

— Н-не-е-а, — вытягивая в одном длинном стонущем звуке ответ и, видимо, одновременно просматривая сводку, разочаровал Саньку Сотемский. — Ничего нету.

— А за предыдущие сутки?

— Может, за год посмотреть? — укорил его Сотемский.

— Нет, за предыдущие сутки, — Санька был неумолим.

— О-ох!.. Сейчас… На соседнем столе возьму…

Он молчал долгую-предолгую минуту. Казалось, что он заснул, и Санька кашлянул, чтобы разбудить его.

— Вчера есть, — без радости сообщил Сотемский.

— А что?

— Какую-то студию звукозаписи на окраине Москвы подожгли. Хозяин — Виктор Прокудин. Написано, что ему же принадлежат еще две студии. Одна в Питере и одна в Нижнем. Сейчас в отъезде. Вызван органами милиции для выяснения обстоятельств поджога. Наверное, гаденыш, застраховал свою драную студию на дикую сумму и уехал, чтобы иметь алиби… Не знаешь такого продюсера?

— Ты что, смеешься! Их в Москве — хоть пруд пруди!

— Ну как же! Настоящий певец должен хорошо знать все студии звукозаписи…

— Я еще не настоящий. Я — начинающий, Мефодий, — впервые за весь разговор назвал Санька своего друга по имени и от этого ощутил, как жучком начала точить сердце тоска.

— Мне нужна некоторая помощь. Здесь, в Приморске, возникли проблемы по одному уголовному делу…

— Так ты на курорте? Круто! А мы тут в Москве мокнем!

— Запиши, Мефодий… Мне нужны данные по уголовному делу на Буйноса Владимира Захаровича…