Еще и понятие справедливости у стихии своеобразное. Кому-то щедро отмерялось, а кому — жалкие крохи.

Так что Ансель давно перестал поклоняться той, которая считалась второй правительницей империи.

А после визита к фаттарцам — Ансель был назначен главой торговой делегации, он лишь укрепился в идеи, что стихии — тупиковый путь развития. Пережиток. Как шаманизм диких племен севера империи. И надо перестать поклоняться силам природы, а заставить их работать на себя, как делали фаттарцы.

Тогда у него и созрел план — переселиться. Бросить этот дикий мир — пусть варится в своих заблуждениях. Ему нужен правильный мир, с правильным подходом к магии. С высокими технологиями, которые не зависят от настроения воды: сегодня подчинюсь, завтра утоплю. Где чувствуешь себя свободным. Где ты сам хозяин положения.

Да и господин Ричарс Таргей — главный артефактор Фаттары — его поддержал. Дал несколько советов и пообещал помощь с переселением. Взамен попросил о маленькой услуге. Кто знал, что эта услуга выльется в такое…

И он горько выдохнул в камни тронного зала. Тут бы в живых остаться, какое там… переселение.

— Кто вас так? — нетерпеливо повторил вопрос император — пауза затягивалась.

— Сам! Все сам! Виноват. По глупости. Был одурачен врагами. Попался в ловушку, — затараторил лорд. Мысли путались. И ему никак не удавалось поймать ту самую, которая спасет ему жизнь.

— Лорд Ансель, вы сейчас пытаетесь оправдаться?! — голос императора заледенел. Температура в зале тут же упала. По камням белой пленкой поползла изморозь. Журчание стихало, скованное льдом.

Ансель ощутил, как волосы примерзают к полу, поспешно дернулся, оставив прядь волос во льду.

Он встал на колени. Опустил голову, придавая лицу покаянное выражение.

— Я всего лишь хочу сообщить вашему величеству, что принцесса Ольга в целости и сохранности возвращена домой.

— Вот это новость! — радостно хлопнул по подлокотнику трона император. И ожил, оттаивая водопад. Зажурчал весело.

Его величество поднялся с трона, спустился по ступеням к лорду. Задумчиво оглядел коленопреклоненную фигуру. Его подданные высказывали особую почтительность к короне лишь в двух случаях: когда рассчитывали что-то получить от императора или когда приходили с покаянной.

— И по какому поводу я должен вас казнить? — озадачено поинтересовался император. — Принцесса дома. Вы, как я понимаю, приложили руку к ее возвращению. Вам награду требовать надо, а не наказание.

Лорд вскинулся было с надеждой, потом вспомнил о Пятом высочестве и с перекошенным лицом снова уткнулся взглядом в пол.

— Не смею, — прошептал он. — Я от чистой воды. Без награды.

— Ну почему же без награды? — насмешливо поинтересовались у него за спиной, и лорд едва смог сдержать стон. Явился! Ворвался на личную аудиенцию! Наверняка кто-то донес о том, что Ансель здесь, вот и поспешил: обвинить, втоптать в грязь. И он напрягся, приготовившись отбиваться.

— Наконец-то! — оживился император, благосклонно глядя на подходящего к трону Пятого. — Ты точно сможешь мне объяснить, что к чему! А то у лорда сегодня болото во рту. Никак слова связать не может.

— Могу, ваше величество, — заверил его Арвель, отвешивая поклон. — Но я бы хотел знать, что здесь делает лорд Ансель, когда он должен встречаться с фаттарцами и передавать им украденный в Асмасе артефакт.

— Что?! — потрясенно округлил глаза император. Нервно дернул себя за бороду. Вернулся на трон и приказал: — Продолжай. Ты украл артефакт? — глянул он на Анселя так, что у того сердце застыло, а в глазах потемнело.

— Не я! — замотал он головой, спиной ощущая, как собирается позади вода — подхватить, утащить, утопить. — Я бы не посмел! Никогда! Вот, заберите! — и он достал из-за пазухи крупный камень, внутри которого горел багряный огонек. Протянул его императору на вытянутой рукой и умоляюще проговорил: — Прошу, избавьте меня от него!

— Это правда, не посмел бы, — согласился Арвель, добавляя брезгливо: — Слишком труслив. Но он согласился сопровождать вора и быть посредником. Не бесплатно, конечно. Мне любопытно, что ему за это пообещали.

И все дружно посмотрели на стоящего на коленях с протянутой рукой бледного лорда, не сделав ни малейшей попытки забрать камень.

Ансель был готов язык проглотить от ужаса. Сказать в лицо императору, что он предал родину ради другой страны? Проще самому утопиться. После такого не стоит рассчитывать на милосердно-быструю казнь, даруемую знати. Умирать он будет долго и мучительно, покрываясь сотнями язв.

— Ну! — рявкнул император, с отвращением глядя на трясущийся подбородок лорда. — Живо отвечай, за что продался? Чего тебе не хватило? Одна из богатейших семей страны… Наследник более-менее. Внуки. Пора остепениться. Нет, все неймется ему! Еще и посмел предлагать огненный артефакт? Мне?! — и его величество раздраженно дернул себя за бороду. Вода в бассейне возмущенно выплеснулась на пол.