Большинству из ребят, как выяснила Оля, не было куда идти даже летом. Потому официально каникул в школе не существовало. Как не было визитов родственников. Изредка кто-то из ребят получал подарки на день рождения от родни, и каждая мелочь становилась предметом мрачной зависти остальных. И по этой причине здесь не было принято расспрашивать о прошлом. Хочешь — рассказывай, но лезть в душу никто не будет.

Пару раз в год приезжали комиссии, чуть почаще — делегации от благотворительных организаций. Дарили конфеты, фрукты, устраивали игры, фестивали. Младшие радовались искренне, старшие относились к визитам с презрением.

Обо всем этом Оля узнавала из вечерних разговоров парней. Теперь они заходили к ней осторожно, вежливо стучась и алкоголь больше не приносили.

В тот вечер, когда она смогла заглушить стихии, ташир с кроликом рано вернулись с прогулки. Зверь не стал сразу уходить. Положил тяжелую башку девочке на колени, подставляя уши под почесывание, блаженно прищурился. Рядом возбужденно прыгал по кровати Снежок, посылая девочки мысленные картинки своего дня: трава, много травы, небо, солнце и вкусные желтые цветы.

Она так и не поняла, что связывает этих двоих. Да и какая разница? Главное, Снежок счастлив, а страж не против их совместных прогулок.

Первым насторожился ташир. Открыл глаза, ощерил нос, тихо зарычал, а в следующий момент дверь комнаты резко распахнулась.

— Парни, наконец, оторвемся! — с радостным воплем, доставая из кармана пиджака бутылку, ввалился Огонек. — Сто лет уже ничего не отмечали! Мелкая, ты не про… — он замер на полуслове, споткнувшись взглядом о сидящего у кровати ташира. Улыбка стекла с губ, взгляд остекленел, а лицо посерело.

— Ты чего застрял? — грубо вопросили из-за спины, впихивая начавшего было упираться парня внутрь.

— О! — только и произнес высунувшийся из-за него Лист — и застывших стало двое.

— Да, что вы там тормозите? — возмутились в коридоре. Пихнули как следует — и Огонек приблизился на пару шагов к предупреждающе скалящемуся таширу.

— Парни, а давайте в другой раз? — взмолился тот, упираясь ногами, но напиравших было больше, так что парень проиграл эту схватку и проскользил еще пару шагов.

— М-м-мелкая, мы, кажись, невовремя, — заикаясь и умоляюще глядя на нее, проговорил Огонек.

— Да нет, заходите, только я позаниматься хотела. Мне сегодня полный допуск дали, — похвасталась девочка. — Столько всего догонять надо… Боюсь, я не справлюсь.

— Допуск — это надо отметить! — проорал Лист, впихиваясь в комнату.

Ему ответом было низкое, утробное рычание.

— Да, заземли меня в песок, — испуганно выдохнул парень, и бутылка с гулким стуком выпала из его ослабевших рук, покатилась по полу прямо к кровати.

Страж шагнул к ней, подхватил зубами. Отчетливо послышался хруст, и раздавленная бутылка со звоном осколками осыпалась на пол.

— Вот же… — горестно выдохнул кто-то. Остальные мудро промолчали.

Некоторое время они стояли, обмениваясь взглядами. Ташир изучал их. Они прикидывали отступление, и на лицах все явственнее проступало горестное выражение: не успеть.

На полу разлилось темное пятно, ощутимо запахло алкоголем. Снежок раздраженно чихнул и потер лапкой нос.

Страж терпеливо выжидал, только хвост нервно мотался из стороны в сторону, да когти цокнули, когда зверь переступил с лапы на лапу.

— Огонек! Мы же как раз от них избавиться хотели, да? — с нездоровым энтузиазмом поинтересовался Туман, растягивая губы в неестественной улыбке.

— А? — откликнулся Огонек, продолжая тупо пялиться на белоснежные зубы стража.

— Бутылки… — одними губами прошипел Туман.

— Точно! — выдохнул парень и суетливо заговорил, болезненно улыбаясь: — Мы же сюда зачем шли? Вылить хотели. Все до капли. А зачем они нам? — он шумно сглотнул, улыбка на мгновенье сползла с губ, но Огонек тут же выправился, продолжив в два раза оживленнее: — Мы же всегда выполняем правила школы, а сюда ходим Пеплу помогать. Она новенькая. Ничего не знает. Вот и взяли… это… как его…

— Шефство, — подсказали из-за спины.

— Оно самое! — кивнул Огонек. — Сейчас еще и уборку закончим. Обещали же.

Он показательно открутил пробку, подкинул ее в воздух, поймал, потянулся было понюхать, но был остановлен предупреждающим рычанием.

— Понял, не упырь, — кивнул парень. Распахнул дверь в уборную. Раковина была рядом со входом, туда и отправилось содержимое бутылки.

— Иди! — кто-то пихнул в спину Листа.

— Я ему точно хвост выдеру, — пообещал тот одними губами, но выливать пошел.