— Да вы на все руки мастер, смотрю…

— Ну, приходится. Лускетти урезал работягам зарплаты, и они частенько сабот… — произнёс он и резко оборвал себя на полуслове, сообразив, что одной фразой наговорил мне на целый материал.

— Ой, да ладно. Такая сенсация меня не интересует, — усмехнулась я, но Зиг всё равно помрачнел.

Мы прошли по узкому тёмному коридору, свернули к большой двери. С каждым шагом мне казалось, будто Зиг всё больше напрягался. Он открыл дверь с помощью сканера сетчатки, и я увидела просторную рубку с большим количеством панелей управления. Кнопки мигали синим цветом, датчики выдавали какие-то цифры.

— Добро пожаловать в мой рабочий кабинет, — угрюмо сказал он.

Вид его стал каким-то недовольным, будто он сделал что-то неправильное и внезапно опомнился. Неужели это из-за реплики про зарплаты рабочим?

— Мисс Экспосито, — быстро отчеканил он и прошагал к шкафу в углу помещения, достал оттуда какую-то вещь, похожую на комбинезон. — Переоденьтесь. Вы одеты не по уставу, чтобы находиться здесь.

Ну вот. Я опять «мисс Экспосито». Как быстро качели ухнули вниз. Но то, как Зиг сказал «переоденьтесь», взбудоражило мою фантазию.

Он протянул мне комбинезон, затем взял ещё один. Зиг невозмутимо стянул с себя штаны, оставшись в одних трусах-боксерах. Внимания на то, что я открыла рот, Зиг тоже не обратил.

Боги, а ведь посмотреть было на что! Я ощутила, как к щекам прилила кровь. Он так свободно раздевался, что меня охватило стеснение. Надо, наверное, отвернуться, но я никак не могла заставить себя прекратить разглядывать его. Почему-то даже представилось, как Зиг помогает раздеться и мне… Хотя он и так уже многое видел. От этой мысли у меня слюна скопилась во рту. Придётся показать ему снова?

Дежурным движением Зиг натянул нижнюю часть комбинезона, медленно скрывая мускулистые ноги под обтягивающей черной тканью.

— Мисс Экспосито, вы чего зависли? Хотите продолжения экскурсии, нужно переодеться, — его взгляд вдруг тоже застыл на моей шее. — Наверное, можно уже не отворачиваться, вы и так мне всё уже показали.

Сказал он это как-то плотоядно. Даже с удовольствием. Или мерещится?

— Потрясающее джентльменство, — съязвила я, едва не показав ему язык.

Зиг поднял бровь в притворном непонимании, в карих глазах появилась насмешка.

— Вы же неплохой журналист и инструменты у вас, что надо. И грудь, и рот. Вам нечего стесняться.

Кончики ушей стали горячими. Мне захотелось его стукнуть. Однако Зиг всё же отвернулся, уставился куда-то на кнопки. Что ж, ну ладно. И не такое я проделывала, это верно!

Зиг

Сказать, что эта женщина красивая, значило не сказать ничего. Я много видел женщин, жил десять лет с одной из самых неземных. Но с тех пор меня никогда так не вело. Казалось бы, какая-то наглая вертихвостка: ни вкуса, ни манер. Пиджак без белья. Пошлость полнейшая. Ну и получила сполна. В голове снова мелькнула мысль снять с неё штаны и отшлёпать по заднице. Ну а потом… Ц… Я удержал свои фантазии на поводке. Я не подросток, чтобы вестись на такое.

А в сознание снова вторглись сладкие и жаркие образы. Я, стоя к Фиби спиной, представлял, как она снимает мой пиджак. Как ткань скользит по коже. Перед глазами, будто на самом деле видел, как обнажается её упругая округлая грудь. Но я же смотрел на кнопки. Сосредотачивался на них.

Вот мигает переключатель смотрового челнока, показывая, что он готов к использованию. Фух. Кажется, мне удалось сбить наваждение. Я же не подросток, чтобы подглядывать. Мне не пятнадцать лет. Внутри закручивалась спираль, отдавая в пах. Фиби же даже не заметит.

И я легонько повернулся. Она стояла уже в комбинезоне. От разочарования я едва не издал стон.

— Однако, мистер Тореас, джентльменство определённо не ваша сильная сторона.

Если бы не моя смуглая кожа, уверен, что Фиби бы поняла, что я покраснел. Мне даже захотелось расслабить галстук, которого у меня нет. И очень не хотелось к ней поворачиваться корпусом. Потому что ещё одна острота обязательно слетела бы с её язвительных губ. Чёртов комбинезон был слишком обтягивающим.

— Хорошо, — сказал я, подходя ближе к панели. — Теперь мы с вами готовы.

Нажал на переключатель челнока, открыл смотровое окно. Рубка заполнилась шипением гермоустановок. За панелью открывался фантастический вид, и он бы наверняка отвлёк Фиби от созерцания того, как я возбуждён.

Впереди в черноте на нас пялилось что-то изящно-адское. Глаз Горгоны, неоново-голубой укор бездны. Планета «Платинум».

— Воу! — воскликнула Фиби и действительно потеряла ко мне интерес. Подошла вплотную к окну и по-детски сложила ладони домиком, разглядывая планету. — Мы что, полетим туда? Прямо сейчас?