— Здорова, Рите! — хмыкнул Артур. — С каких пор ты руководишь Йоркской командой караоке?

— Ни с каких. — Девушка стянула с головы резинку, и кудрявые черные волосы устремились во все стороны. — В жизни не пела. Просто присматриваю за столом Лиз, пока она ходит за чипсами. — Она заново заплела волосы и опять помахала микрофоном. — Я должна заставить народ петь.

— Шансов ноль, — поморщился Артур. — Я знаю, что тут за люди.

— Ты вот в прошлом году пел. — Девушка выгнула бровь.

— Черт, серьезно?

Она рассмеялась:

— Да. «Свободных девчонок» [2] , если не путаю. А потом пошел и записался к вархаммерцам.

— Твою ж мать. Неудивительно, что они так злобно смотрят.

— Нет, думаю, они всегда такие. — Девушка наконец повернулась ко мне и улыбнулась: — Кстати, я Рита. В прошлом году мы с Артуром жили в соседних комнатах.

— Я Люк, его новый сосед. Приятно познакомиться.

Она нахмурилась:

— Ох, бедняга. Он уже просветил тебя насчет преимуществ мочеиспускания в умывальник?

— Изложил основные аспекты, да.

— Ага, я выслушала ту же речь в первый день. Проблема в том, что девушке сделать это в раковину не так-то просто. О, слава богу, вот и Лиз.

Лиз — девчонка в ярко-зеленой толстовке с надписью «ОБЩЕСТВО ХОРИСТОВ» — забрала свой микрофон, и Артур с Ритой отправились пить кофе. Меня они не позвали, что было слегка обидно, и сам я не напросился, так что в итоге просто бродил меж столами, чувствуя, как отступает похмелье под натиском зверского голода, и стараясь не думать об Эбби.

Я записался в футбольную команду. Пожалуй, это был самый оживленный и шумный стенд в зале. Парни за столом будто бы сразу опознали во мне своего, закивали и заулыбались, а один, по имени Уилл, пожал мне руку и сказал:

— Отлично, приятель. Увидимся на отборе?

Полагаю, я действительно «свой». Да, наверное, весь смысл высшего образования в том, чтобы расширить сознание, выйти за рамки, попробовать что-то новое, но ведь не так уж плохо придерживаться знакомой территории. И я знаю футбол. Это единственное, что мне действительно нравится и в чем я чрезвычайно хорош. Это чего-то да стоит.

Шататься в одиночестве было неловко, так что я присоединился к очереди за бесплатными чипсами и тут наконец заметил знакомое лицо. Невдалеке у одного из столов подписывала бланк Фиби, пока ей что-то взволнованно вещала девочка с косичками.

Ощутив внезапную легкость, я помахал и подошел.

— Как дела?

— Привет, Люк! Сам как? — На щеках Фиби выступил румянец. Она была искренне рада встрече. — Я искала нашу старую подругу Стефани Стивенс, но ее вроде нет.

— Знаю, я и сам чувствую какую-то ответственность за нее. Хотя она наверняка нас даже не помнит. Ну а ты… куда записалась?

— В общество феминисток. — Фиби щелкнула ручкой по связке фиолетовых шаров, прикрепленных к столу. — У них тут шарики и все такое, так что все жутко официально. А ты уже куда-нибудь вступил?

— Эм-м… в футбольную команду, и пока все.

— А, ну конечно, футбол… — Она фыркнула и тут же зажала рот. — Прости, но это мое главное воспоминание о собраниях по понедельникам. Мистер Вейл озвучивает результаты матча: «…И в субботу Люк Тейлор забил исключительный хет-трик. Молодчина, Люк».

Фиби удивительно точно скопировала голос мистера Вейла.

— Я и еще куда-нибудь запишусь, — излишне оборонительно сказал я. — Просто пока не решил куда.

— Да, я тоже, — кивнула она.

— А знаешь что? Мы могли бы записаться куда-нибудь вместе.

Фиби довольно долго молчала.

— Э… ага, ладно… Куда?

Мы огляделись.

— Может, в Карибское общество? — Она указала на стол с огромным флагом Ямайки и щуплым дредастым пареньком, качающим головой под Боба Марли.

— Думаешь, он правда оттуда? — усомнился я.

— Я уже с ним говорила. Это Джереми, и он с Гернси. Заявил, что жизнь на маленьком острове даровала ему «карибский менталитет».

— Ну да… Нет, думаю, Джереми мы пропустим. Какие еще варианты?

— Не знаю…

Я отделил от связки один из феминистских воздушных шаров и предложил:

— Хорошо, давай так: я отпускаю шарик, и на какой бы стол он ни опустился — мы запишемся.

— Идет, — улыбнулась Фиби.

Я отпустил нитку, и шар, взмыв вверх, поплыл над лесом голов и рук. Мы шли следом и наблюдали, как он медленно опускается на стол, окруженный метлами и жизнерадостными студентами в длинных черных мантиях.