Я покинул площадь. Перешагнув невидимую, но очень четкую границу, за которой контроль древней силы закончился, я вновь накинул ауру игнора, без которой я чувствовал себя голым, а потом нырнул в Тень и вернулся оттуда Генри Манном. Полупустой автобус довез меня до отеля, а я не настолько брезглив, чтобы избегать общественного транспорта, и уж точно таким не был Яков Беринг.

Прибыв в Мариотт, я подошел к стойке. Портье вытаращился на меня как на привидение, что недалеко ушло от истины. Я представился, хотя в этом явно не было нужды, и попросил выписать меня из номера, который явно не годился для дальнейшего проживания.

— И не надо мне предлагать другой люкс! — заявил я строго, в то время как портье пытался вернуть себе дар речи. — У меня появились серьезные претензии к вашему сервису. Не ждите от меня пять звезд в отзыве!

Портье молча задергал подбородком куда-то мне за спину. Я обернулся, ко мне подходил тот самый мрачный тип, что косился на молоденького полицейского.

— Мистер Манн? — осведомился он ожидаемо неприветливо, но по-английски. — Нам бы хотелось задать вам несколько вопросов. Уверен, вы понимаете по какому поводу.

— «Мы» это кто? — поиграл я в дурачка.

Тип помахал перед моим лицом удостоверением, в котором я успел прочитать имя и фамилию, но простой американец Манн не смог бы. Впрочем, глядя на скептическое выражение моего лица и вспомнив, что я пока что — уважаемый иностранный гость столицы, он все же чуть смягчился.

— Майор Смирнов, Служба Имперской Безопасности. Мы очень хотим с вами поговорить, мистер Манн.

— Отчего бы не поговорить? — не стал я кобениться, но вновь посмотрев на портье, добавил. — За номер уплачено вперед. По поводу испорченного багажа с вами, возможно, свяжется страховая. Или не свяжется. Прощайте. Три звезды, не больше!

Генерал Васин нервно прохаживал перед огромным, во всю стену, стеклом одностороннего зеркала. Видеокамеру так и не удалось заставить работать, это бесило. Англичанин же, узнав о неисправности техники, кивнул с довольным видом, будто надеялся именно на это.

С другой стороны, записывающие системы в отеле сдохли, как только наглый упырь Манн туда заселился. Так что лорд Уэсли прав: это улика.

Генерала в этот деле раздражало все. В первую очередь — подозреваемый, который сидит с возмутительно бесстрастным видом, хотя должен бы нервничать. И на вопросы он отвечает, но как-то невпопад, будто беседует не с майором, что вел допрос, и даже не с генералом, кому якобы принадлежал и этот кабинет, и все управление, а с британцем. Этот тоже хорош, ведет себя как хозяин.

— Не мельтешите, Валерий Петрович! — попросил лорд Уэсли, не отрывая глаз от окна-зеркала. — Лучше слушайте, я лично от их беседы получаю наслаждение.

Васин нечеловеческим усилием не позволил себе поморщиться. «А что я так переживаю? — подумал он. — Британец прав! Слушать бред американца действительно интересно».

Майор Смирнов тем временем бомбардировал гостя вопросами, на которые вроде бы получал ответы, только абсолютно бесполезные.

— Вы поняли, что сейчас мы не можем представить вам адвоката? — спросил он преувеличено терпеливым голосом.

— Я бы познакомился с хорошим адвокатом. Лучше всего — преподавателем в вузе. Я слышал про Московский Университет много хорошего. Порекомендуете?

Смирнов вздохнул.

— Вы правы, майор Смирнов, — продолжил Манн тем же бесстрастно радушным тоном. — Лучше с двумя. С теоретиком и практиком, имеющим солидный судебный опыт. Как ни прискорбно, но часто ими оказываются два разных человека.

— Адвокат вам не нужен, потому что пока вас ни в чем не обвиняют.

— Конечно не нужен, — кивнул Манн. — Меня интересуют специалисты по коммерческому и международному праву. Уголовный кодекс пока не актуален.

— Вернемся к событиям этого дня, — вздохнул Смирнов. — Что, по-вашему, произошло в номере?

— Меня там не было, майор Смирнов, — ответил Манн. — Так что ничего не могу вам сообщить.

— Девушка, которая там была, в каких вы отношениях?

— Нас связывают любовь, дружба и кровь, как это бывает у любых родственников, — ответил Манн без тени улыбки.

«Чертов американец, он несет весь этот бред с таким серьезным видом, не поймешь, когда он шутит. А может, мерзавец издевается над нами все время», — проворчал про себя Васин.

— И кем же она вам приходится? — спросил Смирнов.

— Племянницей, конечно, — ответил Манн.

«Он должен был возмутиться, — продолжал переживать Васин, — напомнить, что это есть во всех бумагах, тут бы диалог и начался».

— И вы не волнуетесь за мисс Манн? — изобразил изумление Смирнов.

— С Анной все в порядке.

— Она не пострадала при взрыве или пожаре?

— Пострадала, конечно. Но сейчас ее здоровье не вызывает опасений.

— Это радует. Но с ее ролью в этом происшествии возникают вопросы, — Смирнов иронично наклонил голову.