— Присмотри там за сестренкой. Хорошо? — попросил я.

— Да. Присмотрю. Ей так или иначе потребовался бы подходящий наставник. Ты бы не справился просто потому, что ты мужчина. Бабушка открыла тебе далеко не все секреты. Мне будет приятно передать их кому-то еще, кроме Ёрико.

Существование моей собственной матушки и великой девятихвостой Амацу-но-Маэ внучка моей наставницы проигнорировала, назначив на роль учителя для Тики себя. И лучшей кандидатуры откровенно нет. Уроки древней кицунэ несколько специфичны и предполагают использование посоха. Кагами… она попросту ничего не знает. Ее навыки поверхностны и больше опираются на природный талант, чем отточенные умения. Разве что с собственным возрастом она играет по-настоящему неплохо.

— И ты всё-таки прав, что вынес из огня ту девочку, — продолжала меж тем Акира. — Извини, что назвала дураком. Твой поступок был глупым, но правильным.

А как бы поступил Хидео-сан? Оставил бы ребенка в огне ради собственного прикрытия или вытащил? Полностью достоверного ответа у меня нет, не снилось ничего подобного. Но хочется верить, что, несмотря на все его ужасные поступки, какие даже мысленно перечислять нет желания, Макото был способен на благородство. Ведь я, в некотором роде, частично он.

На несколько бесконечно долгих секунд взгляды наши встретились и интуиция мне подсказала, что пора уходить. Но тортик для Мияби и Тики я не забыл. Щедрая Акира целую половину торта мне отдала. Отказываться в таких моментах невежливо! Я же вижу, как ей приятно, что мне понравился вкус.

— До свидания. Это не прощание, — сказал я, покидая апато наставницы. Что-то глаза защипало. Аллергия, наверное. Весна, пыльца, выбросы в атмосферу. Еще и запасные очки неудобные, может быть, от них зрение устает. Нужно будет заказать себе новые. На самом деле я реалист и уж свои эмоции-то понимаю хорошо. Но немного самообмана мне не повредит.

Дома я был моментально ограблен. Три девицы-сладкоежки — Мияби, Тика и Ринне — отобрали у меня торт и, пользуясь тем, что «ты его уже попробовал, а мы — нет» оставили меня без сладкого. Вот они — условности большой семьи. Могли бы и о фигуре позаботиться. Но намекать на возможность появления у них лишнего веса я не стал. Я же не самоубийца. Сказать девушке, что она должна отказаться от сладкого, дабы не поправиться — это не в горящее здание войти. Это риск для самых отъявленных экстремалов, а не жалкого труса, такого, как я.

На тортике события этого вечера не закончились. Что делает семья, когда все устали от долгой и нервной поездки? Смотрит телевизор! Даже Ринне напросилась остаться у нас и посмотреть вместе с сестрой и подругой дораму, которая нравится им всем троим. Не что-то вопиюще романтическое, а «Повар императора», о знаменитом поваре Акияме Токудзо, которому выпала честь служить сразу двум императорам в течении 20-го века, начав свою карьеру при дворе еще до второй мировой. Нет, от не родственник Акиямы Кэнсина, чья настоящая фамилия Сато. Просто совпадение.

Несмотря на некоторые недочеты, какие увидит только тот, у кого есть подлинные воспоминания той эпохи, показанная картина мне очень понравилась. И за возвращение в прошлое, и за близкую мне кулинарную тематику.

Однако дело не в дораме, а в рекламной паузе. Под музыку из Initial D две красавицы на оранжевом Марк 2 обошли на повороте синюю импрезу и после финиша похвастались, что сделали это благодаря новому энергетическому напитку «Пульс дракона», позволяющему находить силы на участие в гонках после полного дня изнурительной работы в офисе.

— Ничё так, — оценила Тика. — Не зря я именно этих актрис выбрала. Надо будет напиток попробовать. Хотя я так-то не особо устаю, я энергичная. Прикиньте, сколько начну успевать на стимуляторе! Хотя твои печеньки, братик, тоже тот еще допинг!

И широко зевнула. Заразительное это дело. В сон потянуло всех, включая Ринне, которой даже до дома идти стало лениво. Может быть, коварная лисица Акира подсыпала что-то в тортик? И зачем ей это? Глупость. Мой зевок вышел шире всех. Как начнешь широко открывать рот, остановиться уже возможно одним единственным способом — при помощи здорового восьмичасового сна. Им мы и воспользовались!

Какие замечательные сны ко мне пришли этой ночью — не описать. Наверное, дорама о знаменитом поваре повлияла на выбор сюжета. Хидео-сан в них ел. И по большей части вкусное. В фешенебельных, по меркам эпохи, ресторанах и просто на привале на горной тропе, причем быстрые перекусы по качеству порой не уступали, а то и превосходили дорогую еду. Вне конкуренции, конечно, остается приготовленное Акирой, не считая одного-единственного случая — простого абура-аге, каким Амацу-сенсей накормила юного Макото при знакомстве. Тот вкус остался с ним, а теперь и со мной, навсегда.