— Папа? — произнес он, его губы застыли от ужаса. — Папа! Он жив!

Просыпайся! мысленно крикнул Джеймс сам себе. Голос был похож на голос его матери.

Двигайся, давай, вставай, солдат!

Он боролся с тошнотой, которая накатывала на него каждый раз, когда он поднимал голову, и пытался управлять своими конечностями, которые двигались медленно и неуклюже, как бы он ни старался заставить их повиноваться.

— Па-а-а-п! — В голосе Пауло слышалась паника. — Он просыпается, папа. Что мне делать?

Пауло крепко сжал губы, переводя отчаянный взгляд со своего распростертого отца на шевелящегося врага рядом с ним. Он начал озираться в поисках большого камня. Слишком маленький, слишком маленький. Черт! Слишком большой. Гнилая палка. Не могу поверить! подумал он. Все, что мне нужно — это чертов камень!

Джеймс поднял голову, и мир вокруг него закружился, он мрачно приподнялся на локтях и подождал, пока пройдет головокружение. Он сделал несколько глубоких вдохов, и тошнота немного отступила. В голове у него пульсировала боль, но он старался не обращать на нее внимания. Он открыл глаза. Мир двоился, иногда троился и расплывался, с таким же успехом он мог бы быть слепым. Он закрыл глаза.

— Пауло. Помоги мне подняться, сынок.

Пауло мгновенно очутился рядом с ним, вздымаясь рядом, как герой. Джеймс рассмеялся но замолчал, когда мир вокруг него закружился.

— Полегче, мальчик. А то я повешусь от боли. Делаем все медленно и спокойно. Я плохо вижу, поэтому нам придется действовать постепенно, шаг за шагом.

— Окей, папа. — но Пауло с тревогой наблюдал за человеком, лежащим на земле. Он почти не двигался, только слегка трясся и дергал руками и ногами, но глаза его все еще были закрыты, так что Пауло не знал, приходит ли он в себя или умирает.

Оказавшись на ногах, Джеймс на мгновение покачнулся, потеряв равновесие. Затем он восстановил равновесие, в большей степени благодаря своей воле, чем отступающей травме. Он пошарил на поясе со снаряжением и вытащил из ножен охотничий нож. Он был больше фута в длину, с тяжелым острием, и ему было приятно держать его в руке. Мать научила его пользоваться им, хотя ему никогда не приходилось этого делать, и дала ему его, когда он отправился в свой первый патруль.

— Сынок, — сказал он. — Отведи меня к нему. Я не хочу делать это у него на глазах, подумал он. Я вообще не хочу этого делать, но я должен. Лучше я, чем он.

Пауло взял его руку и положил на тело раненого. Джеймс ощупью добрался до горла мужчины. Он осторожно двигал нож, убеждаясь, что другая рука не помешает острому, как бритва, лезвию. Сжав губы, он надавил и потянул нож на себя.

Из перерезанного горла раздался странный и отвратительный звук, и горячая жидкость потекла по его свободной руке.

Джеймс задохнулся и упал на корточки.

— Пошли, сынок, — сказал он, — давай вернемся к УНВ. Мы должны предупредить деревню.

Пауло уставился на умирающего. Как много крови, подумал он. Он видел, как умирают животные, и должен был этого ожидать, но….. В голове у него все смешалось, и на мгновение ему показалось, что единственное что он видит это горло того человека. Он никогда так не скучал по матери, как сейчас, он хотел почувствовать себя в безопасности в ее объятиях, чтобы навсегда забыть этот ужас.

— Сынок!

Пауло уставился на окровавленную правую руку отца, протянутую к нему.

— Я здесь, — сказал он и взял ее.

С таким же успехом мы могли бы продвигаться в этом проклятом Боло! Подумал Джеймс, сильно споткнувшись, наверное, в сороковой раз.

— Прости, папа!

— Все в порядке, сынок, это не твоя вина. Давай немного отдохнем. — он начал приседать, когда Пауло дернул его за руку.

— Не здесь, папа. — он оттащил отца от муравейника. — Вот тут лучше.

Джеймс с благодарностью опустился на землю, чувствуя слабость и холод. Наверное я в шоке, подумал он, жалея, что не может поспать хотя бы пару часов.

— Мы близко? — прошептал он.

— Недалеко, — сказал Пауло. — Вон туда — указал он, затем, покраснев, опустил руку. — Недалеко через деревья, — поспешно добавил он, чтобы скрыть свою ошибку.

Джеймс выпятил подбородок и положил руку на плечо Пауло. — Сынок, — сказал он, — я… собираюсь отправить тебя вперед на разведку. Я поднимаю слишком много шума, а у того парня, должно быть, есть друзья. Поэтому я хочу, чтобы ты подкрался к УНВ, подождал несколько минут, чтобы посмотреть, есть ли кто поблизости — не выходя из укрытия — и доложил мне. Ты сможешь это сделать?

— Да, сэр. Я буду осторожен, — быстро сказал он, предвидя следующие слова отца.

— Смотри, что ты делаешь, — проворчал Джеймс.

Пауло перевел взгляд с изгиба тропы на то место, где его ждал отец: руки свободно лежали на коленях, глаза закрыты, лицо серое от усталости. Может, мне вернуться и спрятать его? он задумался. Папа выглядел таким уязвимым. Пауло заколебался, посмотрел на дорогу, ведущую к УНВ. Нет, он скажет, что я зря трачу время, или что-то в этом роде. И ему будет стыдно. Решив поторопиться, Пауло двинулся дальше.