– Ну и как, получилось?

– Получилось! Меня долго отовсюду футболили без опыта. Но, к счастью, у моей преподавательницы с курсов нашлась хорошая знакомая в кадровом отделе корпорации Сэвэн. Вот она меня и порекомендовала взять с двухмесячным испытательным сроком.

При фразе “корпорация Сэвэн” я внутренне вздрагиваю и неосознанно задерживаю дыхание. Потом усилием воли заставляю себя расслабиться и кивнуть:

– Поздравляю.

Некоторое время мы пьем чай молча, каждая в своих мыслях. Чувствую на себе обеспокоенный взгляд Лизы, которую явно так и подмывает задать кучу лишних вопросов несмотря на мое предупреждение. Впрочем, здравый смысл у нее точно есть, потому что в итоге она только аккуратно уточняет:

– Как к тебе обращаться теперь?

Я невесело смотрю на нее поверх чашки.

– А оно тебе надо вообще? Общаться с такой мутной личностью, как я?

– Надо. Уж поверь, я за свои годы дурных людей достаточно повидала и научилась ценить действительно хороших.

– Это я-то хорошая?
– криво усмехаюсь на такое заявление.

– Хорошая, хорошая, - улыбается вдруг Лиза.
– Я это еще с того раза поняла, когда ты к моему домашнему таракану по-человечески отнеслась, хотя он тебя шокировал. Качества людей вообще легко прочитать через их отношение к животным… а тут целый таракан, который к симпатии вообще не располагает. Так что мой тест-драйв ты, считай, прошла уже давно и играючи… Ну так как мне тебя теперь называть?
– напоминает она и как-то по-особому сощуривается.
– Иначе я от тебя так просто не отстану. Буду заказывать товары и требовать одного и того же курьера! Пока у тебя совесть не проснется… потому что кое-кому так и разориться с нынешними ценами недолго.

Наверное, она хотела меня развеселить этими словами, но почему-то вместо этого у меня защипало в глазах.

– Это прозвучит странно, - бурчу под нос, отводя взгляд в сторону, - но теперь я даже не девушка. Мое имя - Ян.

После короткого молчания мягкий голос Лизы произносит:

– Рада познакомиться, Ян, - и добавляет со смешком: - Только знаешь что... если хочешь маскироваться и дальше, то лучше помалкивай. Твой голос никого не обманет.

До встречи с Лизой я и не представляла, насколько сильными были тиски депрессии, в которой я варилась всё последнее время. Потому что в тот же день, едва они всего лишь чуть-чуть ослабли, мне уже стало легче дышать. И даже тревожно-дерганый сон, к которому я привыкла и считала нормальным, стал приносить мне гораздо больше расслабления. Особенно сильно это ощущалось по утрам, когда вместо вялой сонливости я обнаруживала в себе заряд бодрости.

Вот так простое дружеское участие в самый сложный момент жизни и становится настоящим маленьким чудом. Как для меня, здесь и сейчас.

Идея о том, как можно использовать слабость Германа против него самого, окончательно созревает в моей голове. И я по привычке первым делом решаю посоветоваться с Дедом - Дедащевым Семёном Ивановичем.

Этот ветеран среднего звена в теневом бизнесе Мрачко, который специализируется на подделке документов, всегда относился ко мне не так, как к другим. И потому я реально иногда ощущаю себя его внучкой. Но, увы, именно это его особое отношение и вынудило нас сократить любой вид общения до минимума. Из-за того, что он сразу же по умолчанию попал под подозрение к Герману.

Так что встречаемся мы, если повезет, раз в месяц. Исключительно в шахматном клубе пенсионеров Центрального парка. Я наношу туда визит под видом того же курьера, доставляющего специализированные журналы. И пообщаться мы можем не более получаса, пока деда Семен для отвода глаз оформляет у меня еще какую-нибудь подписку на новые выпуски.

В эти выходные парк очень оживленный. Да и желающих сыграть в шахматы предостаточно. Даже группа пожилых дам-интеллектуалок подтянулась, хотя обычно тут играют одни мужики-пенсионеры.

– Эй, малец!
– окликает меня с грубоватым добродушием Дед.
– Журнал принес? Давай сюда, посмотрим, что там новенького… Подожди только чутка, я щас партию доиграю.

Я привычно сажусь в сторонке на парковой скамеечке. Наблюдаю за пожилыми шахматистами, сгорбившимися над фигурками с отнюдь не старческим блеском в глазах. Сразу видно - горят настоящей страстью к игре, а не просто так балду пинают на пенсии. Но Дед даже среди них выделяется своим профессионализмом. Его вообще мало кто способен обыграть - в юности он постоянно на олимпиады по шахматам ездил.

Стратег из него вообще и по жизни первоклассный. Недаром он сумел безо всяких лишних проблем до почтенного возраста продержаться на такой опасной работе с легализированной бандой Мрачко.

Именно поэтому я и не знаю, до каких пределов Дед способен пойти на поводу у своей симпатии ко мне.

Больше всего я боюсь, что моя чрезмерная откровенность может разрушить наши добрые отношения. Потому что одно дело - просто помочь несчастной наивной девчонке скрыться от гнева босса теневого мира… и совсем другое - способствовать ее плану сдать его со всеми потрохами злейшему врагу и сокрушить чужими руками.