— Дорофеев, — звучит знакомый голос, а после его обладатель вальяжной походкой входит в кабинет. Таким же шагом идет за стол к креслу, где пару секунд назад сидел мой босс. — Решил спасти бизнес? Жаль только, что ты не оплатил свой долг, и по расписке твоя компания теперь принадлежит мне, — с довольной усмешкой оборачивается к моему боссу, но застывает, встретившись взглядом со мной.

Я же не могу отвести взгляда от мужчины, чьего ребенка ношу сейчас под сердцем. От гада, который бросил меня… нас…

— Лика, — произносит он одними губами, теряя свой мстительный настрой в одну секунду, когда его взгляд коснулся моего лица.

— Мне очень жаль, что приходится так поступать в такое непростое время для тебя, — продолжает, указав взглядом на мой живот. — Но ты слабое звено…

— Но меня уже никто не возьмет… — тяну полушепотом.

— Я тоже ничего не смогу сделать, — разводит руками, словно его это и правда волнует, но безразличный и скучающий взгляд выдает истинные чувства мужчины.

— Я получу хоть какие-то деньги по сокращению? — решаю перейти к другой возможности, которая, может, спасет меня.

Я согласна даже не как в обычных компаниях, на оплату всего за один месяц. Я имею право на выплаты по сокращению. Это по закону написано. И это справедливо!

— Лика, я не могу сейчас себе такого позволить, — достает чистый лист и ручку. — Прошу тебя написать по собственному желанию. Отрабатывать ничего не придется. Завтра уже будешь свободна. Даже сегодня. Все же ты беременна. Сделаем тебе день бонусом.

— Но… но как же так?! — восклицаю, не веря, что жизнь мне очередную жабу подкинула. — Я ни устроиться никуда не смогу, ни денег не получу! Это несправедливо!

— Пиши, Лика, — подталкивает он ко мне бумагу для заявления.

— Меня никто не возьмет на работу! Я останусь совсем без денег! — продолжаю настаивать.

— А надо было думать об этом, когда под мужика ложилась! — не выдерживает, рыкнув на меня. — Я не виноват, что тебя обрюхатили и бросили! А мне теперь с тобой мучайся?!

— А надо было думать, когда за карточный стол садились! — вскрикиваю, и он мигом оказывается рядом с моим стулом.

Нависнув надо мной, излучает такую злость и агрессию, что я готова подписать все, что угодно, лишь бы он отошел. Лишь бы я и мой ребенок были в безопасности.

Мне страшно.

Но в следующее мгновение дверь в кабинет открывается, и внутрь врывается с десяток людей. Они распределяются по кабинету вокруг моего уже бывшего босса.

— Дорофеев, — звучит знакомый голос, а после его обладатель вальяжной походкой входит в кабинет. Таким же шагом идет за стол к креслу, где пару секунд назад сидел мой босс. — Решил спасти бизнес? Жаль только, что ты не оплатил свой долг, и по расписке твоя компания теперь принадлежит мне, — с довольной усмешкой оборачивается к моему боссу, но застывает, встретившись взглядом со мной.

Я же не могу отвести взгляда от мужчины, чьего ребенка ношу сейчас под сердцем. От гада, который бросил меня… нас…

— Лика, — произносит он одними губами, теряя свой мстительный настрой в одну секунду, когда его взгляд коснулся моего лица.

Анжелика

Не свожу взгляда с мужчины перед собой.

Я думала, что больше никогда его не увижу, но вот он вновь передо мной. Весь такой правильный, идеальный и… и чужой.

Из него пропала вся нежность, весь свет и доброта, которые в свое время покорили меня и заставили влюбиться. Им на смену пришли коварство, злость и дурацкая самоуверенность.

— Медведев… — тянет мой босс и выпрямляется, прекратив, нависать надо мной и открыв обзор на мой живот для Ильи.

Взгляд моего бывшего мужчины скользит по животу, очерчивая его, и возвращается на лицо.

В его глазах читаются вопросы, но вокруг слишком много ушей, поэтому он даже не позволит себе показать, что мы знакомы. Будет смотреть на меня и порождать в своей голове миллионы вопросов, какими осыплет меня чуть позже, когда мы останемся наедине.

— Ты не так понял! Я просто… — начинает оправдываться Дорофеев перед Медведевым, но ни он, ни я, не слышим мужчину, проживая нашу внутреннюю трагедию расставания.

Он был всем моим миром, пока однажды нас не разделило видение нашего будущего. Медведев мечтал о росте семейного бизнеса под его началом, а я о семье, и это стало причиной наших многочисленных ссор. И хоть все это можно было объединить, сплести наши мечты в одну, где он занимается бизнесом, а я нашей семьей, мы не пережили этого испытания.

Он не пережил… Уехал, бросив меня, беременную. Хотя об этом он не знал, а у меня не было его нового телефона, чтобы сообщить, что я жду ребенка и не пойду на аборт.