Шрифт:
Дэниэль: Если рядом с тобой живут такие могущественные знающие мужчины и женщины, откуда твой страх?
Сэмюэл: Ах, друг мой, я, конечно, могу найти время на их посещение, и одни посоветовали мне поехать к знахарю в Т. Б., а другие – к женщине в Р. Х. Но я не знал, кого выбрать, промедлил и теперь боюсь, что на меня напустят порчу или сглазят до того, как я получу защиту. Кое-кто советует побить ведьму до крови и получить от нее признание либо снятие порчи – испугать ее тем, что я отправлю ее на виселицу. Если бы я только знал, как мне лучше поступить…
Дэниэль: Так твоя дилемма заключается в том, что ты пытаешься, образно говоря, погнаться за двумя зайцами?
Сэмюэл: Не могу с тобой не согласиться. Если бы мне подсказали только один образ действий, я бы им и воспользовался. Как хорошо, что я встретил тебя! Прошу, дай мне совет, как лучше поступить. Я полностью доверяю твоей честности, ведь ты не посоветуешь худого.
Дэниэль: Конечно, я постараюсь дать тебе наилучший совет, который, я уверен, тебе поможет, и прослежу, чтобы ты ему последовал, потому что, скорее всего, на тебя и вправду наслали порчу.
Сэмюэл: Ты уверен в этом? Я не чувствую никакой слабости в теле или недуга. Не пугай меня пуще прежнего.
Дэниэль: Вообще-то, я не думаю, что тебя или тело твое заколдовала какая-то старуха-ведьма. Но разум твой явно зачарован Дьяволом, ибо наказал он тебя слепотой и неверием, дабы отвратить тебя от Господа Нашего. Враг рода человеческого добивается, чтобы ты начал почитать его. Так и случится, если обратишься ты за помощью к тем, кто предался нечистому. Весьма прискорбно наблюдать, как Дьявол сбивает с пути истинного тысячи людей каждый день, и они слепо следуют за ним и даже готовы приносить ему жертвы [67] .
67
Этот аргумент является ключевым для системы взглядов Гиффорда: не так ужасно злое деяние, как вера в ведьм и колдовство, ибо такая вера представляет собой отход от христианства и замену упования на Господа дерзновением под защитой Дьявола. – Авт.
Сэмюэл: Я не повинуюсь Дьяволу. Почитать его? Да никогда в жизни! Я его ненавижу всем сердцем! Ты думаешь, мы ищем помощи из рук приспешников его? Нет, мы хотим защититься от него самого.
Никогда Дьявол не снизойдет до помощи простым смертным, а только приносит вред и обижает род людской.
Дэниэль: В этих делах важно не то, что мы себе воображаем, а то, чему учит нас слово Божие. Человек думает, что не будет греха обратиться к тем, кого ему советуют, но это не так. Чем дальше он следует по этому пути, тем больше заблуждается, ибо если бы соблюдал он заповеди Господни, разве искал бы он защиту из рук их?
Сэмюэл: Ты считаешь, что ведьм не существует? Что Господь не допустит, чтобы злые люди наносили вред? Или ты думаешь, что знающие помогают Дьяволу? Хотел бы я поспорить с тобой, но не силен в Священных книгах. У нас в деревне живет школьный учитель, который в этих делах разбирается. Он и латынь знает. Зовут его М. Б., и сейчас он как раз направляется ко мне домой. Приглашаю и тебя, более того, настаиваю, чтобы вы с ним встретились и поговорили как ученые люди.
Дэниэль: Я бы с радостью, но сейчас путешествую по одному особому делу, и мне некогда.
Сэмюэл: Умоляю, не отвергай моего приглашения: четыре или пять лишних часов погоды не сделают.
Дэниэль: Ну что ж, следую за тобой.
Сэмюэл: Принимай гостей, женушка! Это мой старый друг.
Жена Сэмюэла: [68] Добро пожаловать! Но ты, муж мой, не на шутку разозлил меня, вновь и вновь испытывая мое терпение, – почему ты не отправился искать защиты от происков гнусной старой карги? Ночью я лишилась еще одной курицы! Оглянись вокруг – другим же удается отвратить беды и колдовство. Слушай, что мне только что рассказал наш ученый сосед М. Б. Матушка Р. всю неделю не могла сбить масло [69] . Она не оставляла своего мужа в покое до тех пор, пока не отправился тот к знающей в Р. Х., а когда вернулся, то по наущению этой женщины раскалил докрасна вертел и погрузил его в масло, говоря определенные слова, которым знающая научила, после чего масло чудесным образом снова начало сбиваться. Я сегодня утром встретила нашу мерзкую колдунью рядом с домом – господи ты боже мой, как она на меня посмотрела! И еще принялась бормотать, пока я шла мимо. Я навострила уши и кое-что услышала. Она сказала: «У тебя муженек – честный человек. Все, что он думает, у него на языке. Так что знаю я, как он хочет мной попользоваться». Мне аж дурно стало от злости – хотелось вцепиться ей в патлы и все лицо расцарапать, но я подумала, что вдруг с ней не совладаю. Похотливая, распутная баба – вот она кто! Жаль, что матушки Р. со мной не было. Умоляю, муженек мой дорогой, отправляйся к знающей и поторопись. После полудня ты уже сможешь до нее добраться.
68
Несмотря на риск подвергнуть Гиффорда критике со стороны современных читателей и особенно читательниц, позволю себе отметить, насколько полно соответствует тендерным стереотипам того времени его описание безымянной «женушки» Сэмюэла. В принципе, в «Диалоге» она – не человек, а функция озвучивания верований простых необразованных англичан – современников автора в магию и колдовство. Нежелание Гиффорда вводить в круг собеседников полноценный женский персонаж преуменьшает парадоксальные настроения, возникавшие в ту эпоху на основании половой принадлежности ведьм и колдунов. В «Диалоге» женщинам почти не дают слова, однако именно они представляют собой самую серьезную угрозу, когда вовлекаются дьяволом в колдовские практики. Далее у Гиффорда ведовство описывается в терминах разврата и нечистоты, что является прямой аллюзией на сексуальный подтекст антиведьминских настроений. «Женушка» появляется в книге лишь однажды и растворяется в небытии, а те ведьмы, которых описывают Дэниэль, Сэмюэл и М. Б., наводняют повествование и угрожают его героям в образах любостяжательных дьяволиц. – Авт.
69
Гиффорд выбрал примеры реальных жалоб на ведьм, с которыми жители английских деревень той эпохи обращались к властям. Современному читателю внезапная необъяснимая гибель внешне здоровой курицы или невозможность сбить масло из сливок может показаться малозначительным эпизодом в великом круговороте жизни, в то время как для людей, которые кормились сельским хозяйством и находились в постоянной борьбе за выживание, каждое такое событие приобретало трагический масштаб. – Авт.
Сэмюэл: Милая женушка, повремени. Я привел своего старого друга, чтобы кое-что обсудить с М. Б. Мой друг считает, что мы можем совершить роковую ошибку, если последуем советам соседей.
М. Б.: Думается мне, что обсудить сложившееся положение вещей нам нисколько не повредит. Исходя из своих знаний, скажу так: слово Божие прямо указует нам, что ведьмы существуют и должны быть преданы смерти. Многие на собственном опыте столкнулись с их происками. И если есть у кого-то дар отведения колдовских напастей, должны ли мы отказываться от их помощи? Если мы испытываем жажду, почему бы не утолить ее? Если замерзли – почему бы не затопить печь или камин? Вот о чем я искренне печалюсь, так это о том, что сегодня любой может высказаться в защиту колдунов и ведьм, нечестивость коих велика.
Дэниэль: Я не собираюсь защищать ни ведьм, ни колдунов! Я не отрицаю, что они – орудия Дьявола и должны быть преданы смерти. Но, как я уже говорил Сэмюэлю, Дьявол уводит людей от Господа, не только когда насылает порчу через своих последователей, но и когда вводит добрых христиан во искушение приносить жертвы во имя его, подчиняет их тем самым своей злой воле, заставляет впадать в тяжкие грехи и топить души свои в океане заблуждений.
[…]
М. Б.: Если я правильно понял, вы считаете, что ведьмы работают на Дьявола. Вы действительно так думаете? Ответьте мне, ибо такого мнения придерживаются далеко не все [70] .
70
Скорее всего, Гиффорд имеет в виду скептические высказывания Скотта (см. предшествующую главу – Пер.). Пуританские теологи того времени, и Гиффорд в их числе, считают неверие в существование ведьм проявлением богоборчества, т. к. оно противоречит истине, содержащейся в Библии. Гиффорд не желает спорить о том, существуют ведьмы или нет. Он хочет убедить своих читателей, что природа колдовского дара определяется человеком неправильно, и эта ошибка – деяние Сатаны. – Авт.