Другие скелеты, не раздумывая, давно бросились на слайма с кирками и мечами. Их движения были такими же механическими, лишёнными какой-либо стратегии, будто запрограммированные. Я же, в отличие от них, не торопился, а наблюдал, выжидая. И мои подозрения оправдались.

Их оружие просто не наносило урона полужидкому телу слайма. Кирки и мечи проходили сквозь него, словно сквозь воду, не оставляя и следа. Скелеты продолжали хаотично наносить удары, но их усилия были тщетны, лишь бесполезные всплески энергии. Более того, я заметил, что они совершенно не обращали внимания на небольшую, твердую сферу, которая медленно, почти лениво, перемещалась внутри тела слайма. Эта сфера, размером с кулак, была единственной твёрдой частью его тела, и она сияла бледным, зеленоватым светом, словно маленький, пульсирующий изумруд.

А что, если я её разобью? Логично, на взгляд слайм состоит только из синей жижи и твёрдого шарика. Атаки на первое ничего не приносят, а по второму попасть никто даже не попытался. Но он ведь не может быть бессмертным! Это было единственное логичное объяснение. С этой идеей я присоединился к атаке на слайма.

Я шагнул вперёд, обходя беспорядочно бьющихся скелетов. Моя кирка опустилась, целясь прямо в мерцающую сферу. Но в последний момент она вдруг сместилась, увернувшись от удара, словно живое существо. Я повторил атаку, но результат был тот же. Сфера постоянно двигалась внутри тела слайма, ускользая от каждого моего удара.

Сколько бы я не пытался… Агх, чёрт! Ещё бы совсем чуть-чуть… У меня даже непроизвольно застучали челюсти. Раздражение — это было что-то совершенно новое.

Атаки не приносили эффекта. Тогда нужно было разрезать тело слайма на кучу отдельных частей, но киркой здесь ничего не добиться. Я достал тот большой двуручный меч, и теперь с ним рубил, крошил, отсекал, постепенно уменьшая и уменьшая пространство для перемещения сферы. А Слайм не сопротивлялся, его тело просто распадалось на всё более мелкие куски, как будто я резал огромное желе. Когда пространство для маневра сферы стало совсем крошечным, она металась словно пойманная под стакан муха.

Наконец-то! Я резко опустил ногу, массивный ботинок, стянутый с одного из убитых бандитов, прижал сферу к полу. Раздался слабый, сухой хруст, и сфера перестала двигаться. Она сияла ещё несколько секунд, её бледное зеленоватое свечение мерцало, а затем потухла, словно огонек свечи, погасший от внезапного порыва ветра. Победа.

Но внезапно решил не уничтожать его полностью.

[Сердце монстра «Пещерный слайм» (Необычное)

Ценность: G

Похоже, в качестве пищи слайм часто употреблял «Актунские грибные наросты» или их производное, из-за чего монстр подвергся специфической эволюции. Может использоваться, как катализатор для развития и для повторного возрождения существа.]

Вместо этого, мне захотелось сохранить необычную вещицу. Тёплая на ощупь, и её гладкая поверхность приятно ложилась в мою костяную ладонь. Не такая уж и большая, помещалась в моей руке, словно ещё один драгоценный камень. Кто знает, зачем она нужна, но вполне может пригодится потом.

В тот же миг, когда сфера была отделена от основного тела, слайм мгновенно взорвался. Не было грохота или пламени, только тихий «хлопок», и его синяя масса рассыпалась в пыль, растворяясь в воздухе, словно исчезающий туман.

[Задача «уничтожить Актунского грибного слайма» успешно выполнена!]

[Вернуться к доставке руды.]

[За устранение существа расы «Слайм» получено 8 ОС.

Уровень повышен: 2 ( 7/8 ОС) a 3 (7/13 ОС)

Получено (1) очко характеристик!]

Ого, не мало дали! Впрочем заслуженно. Над одним этим огромным слаймом пришлось попотеть не меньше, чем над всеми людьми до него, разве что он не атаковал в ответ.

Мы снова двинулись. Я уже размышлял о назначении сферы. Быть может, она может делать что-то такое же интересное, как сфера пламени, или хотя бы содержит в себе ту энергию, благодаря которой существовал слайм. В любом случае я останусь в выигрыше!

Мои мысли были прерваны.

Из ещё одного бокового тоннеля внезапно высыпала целая армия гоблинов. Их было не меньше тридцати, все вооружены деревянными копьями, палками и маленькими зазубренными кинжалами. Нас снова атакуют?

Кстати говоря, а вон тот задохлик, разве не тот же самый, которого мы встретили ранее? Слишком уж они все на одну зелёную морду похожи… А так он уже трётся вокруг круглого гоблина с палкой. Важный такой и другие почему-то его сторонятся. Может, их вожак?

Они не бросились в бой, вместо этого остановились на почтительном расстоянии, и начали что-то оживлённо обсуждать на своём необычном, гортанном языке и скалить жёлто-коричневые зубы. Я напрягся, снова пытаясь понять их речь.

— Кур-ру-ка! (Беспомощные костяные трупаки), — самодовольно усмехнувшись, гоблин-толстячок обвёл нас, скелетов, своим странным дешёвым посохом, больше похожим на ветку с ближайшего дерева и так бахвалисто заговорил, словно выступает перед нами. Но слишком очевидно, что его публика именно гоблины. — Кар-ру ки укур-ра! (С пустой черепухой вы никогда не догадаетесь как убить великана слайма!)