Усевшись напротив, он протянул мне вилку и пожелал приятного аппетита. Но насладиться ужином в полной мере мы не смогли.

— Твой телефон? — Я оглянулась через плечо, пытаясь понять откуда звук. Кажется, из прихожей.

— Мой. Потом перезвоню. — Отмахнувшись, Артём откусил половину котлеты и тихо застонал, пытаясь донести мне, что он ест пищу богов.

Я усмехнулась.

Левой рукой вилку держать было неудобно, но есть хотелось. Я крепко зажала прибор между пальцами и набрала пюре. Не успела донести до рта, как телефон Артёма снова ожил.

— Господи, ну ответь уже? Скажи, что занят и перезвонишь… Недовольно фыркнув, Артём вышел из-за стола и, продолжая тихо причитать, побрёл в коридор.

— Да? — Резко спросил, отвечая на вызов. — Да, это я… Что?.. Твою ж… — уже тише прохрипел. — Я понял. Да… Хорошо. Буду в течение часа… спасибо. Да. До встречи.

Что-то внутри меня всколыхнулось. Грудная клетка сжалась, а в горле неприятно засаднило. Я обернулась, перехватывая взгляд Артёма. Его лицо было одновременно сосредоточено и растерянно. Брови на переносице сведены, а губы сжаты.

— Что-то случилось? — Настороженно спросила я, опуская вилку на тарелку.

— Нужно уехать. — Вздохнул он, раздражённо взъерошивая тёмные волосы.

— Так, а что случилось-то?

— Мой младший брат случился…

Покачав головой, он подошёл к столу и засунул в рот оставшуюся половину котлеты.

Младший брат?

Я растерянно вскинула брови.

— В смысле? Он же в Дрездене?

— Уже нет. — Отрицательно качнув головой, Тёма налил себе из кулера воды и залпом выпил полный стакан.

— Ты ничего не говорил об этом.

— Да. Потому что не о чем говорить. Не успел вернуться, и уже проблемы создаёт.

Я не была знакома с его братом. Знала его заочно. Его зовут Егор. Он на год младше, учится заграницей, приезжает раз в год на неделю и снова уезжает. Знаю, что они между собой не очень хорошо ладят и у них разные матери. Это, пожалуй, всё.

— Подожди, — я встала и побрела вслед за Артёмом в прихожую. — Объясни? Хотя бы вкратце? У него каникулы? Посреди года? Или что?

— Если вкратце, то этот идиот накосячил так, что ему пришлось вернуться домой. И теперь он создаёт проблемы здесь.

Я крайне редко вижу Артёма таким раздражённым. И это не могло не зародить во мне любопытство. Он избегал разговоров о брате и я с интересом хваталась за любую информацию.

— Эм, поняла… — Я растерялась. Подошла ближе и спросила: — А что конкретно случилось? Что-то серьёзное?

— Не знаю. Из полиции звонили. Он здесь всего неделю, а уже нашёл проблемы на голову. И не только на свою. Сказали, что кого-то избил. Надо съездить узнать. Может, забрать получится. А по-хорошему, ему бы недельку в обезьяннике посидеть. Может, поумнеет…

Не знаю, что на меня нашло в тот момент. Но, не успев толком всё хорошенько обдумать, я выпалила:

— Я с тобой.

— Что? Зачем?! — Удивлённо посмотрев на меня, Артём застыл на месте.

— Ну, просто! Группа поддержки? Ну, пожалуйста? Я не буду лишним багажом, честное слово! Посижу в машине, пока ты будешь там решать вопрос.

Состроив "глазки", я умоляюще смотрела на него. И про себя повторяла: ты не можешь мне отказать!

— Русь, тебе заняться больше нечем? — Взгляд Артёма смягчился, и это было хорошим знаком.

— Я третий день взаперти, Тём! Конечно, нечем! С этой рукой вообще день сурка какой-то. Ну, пожалуйста?.. — Я надавила на жалость, и уже чувствовала, что он вот-вот сдастся.

Но он всё ещё колебался.

И не став дожидаться его ответа, я засунула ноги в домашние тапки и широко улыбнулась.

— Я готова!

На мне был спортивный костюм, и мне осталось только накинуть на плечи ветровку.

— Малая… — Вздохнув, Тёма снисходительно закачал головой и опустился на корточки. — Ты ещё одна головная боль. Ты знаешь об этом?

Я ничего не ответила. Только хихикнула и довольно кивнула, пока мой добрый друг доставал с полки мои кроссовки и помогал мне обуть их.

— Готово. — Снял с вешалки ветровку и накинул мне на плечи. — Сидишь тихо и не встреваешь. Всё понятно?

— Ты же меня знаешь… — ответила я с серьёзным видом.

— В том-то и дело, что знаю. — Мягко уколол меня и убрал за ухо мои светлые растрёпанные кудри. — Пошли.

Мы вышли за дверь и, не став дожидаться лифта, спустились с седьмого этажа по лестнице.