Хотя, надо признать, как любовник он просто невероятен… и вообще он ей нравился. Вроде бы. На самом деле она практически его не знала – они и виделись-то раза четыре за эти несколько недель. Плюс треп ни о чем в соцсетях. Так откуда же обида на то, что Джозеф не хочет подпускать ее слишком близко? Ведь Теннисон сама этого добивалась?

– Да, ты прав. Просто слишком быстро все случилось. Обычно я не прыгаю к мужчине в постель. Только как минимум после трех свиданий и хорошей бутылки вина.

Он снова крепко ее поцеловал.

– Ты и не запрыгивала ко мне в постель. Скорее, в душ.

– Ты меня понял.

Он шагнул к двери, и как раз позвонили в дверь.

– Лучше оденься. Хотя, скажу честно, нагишом и с растрепанными волосами ты выглядишь фантастически.

Теннисон, поднявшись, позволила покрывалу снова упасть.

– Как думаешь, могу я открыть дверь в таком виде?

– Серьезно, женщина, ты меня просто убиваешь! Накинь уже что-нибудь, пока я не взял тебя под стражу еще на часок-другой, чтобы как следует обыскать. – Он по-волчьи ухмыльнулся и двинулся к выходу. – Я впущу твоего свадебного организатора, а сам пойду.

– Да, пожалуй, мне лучше одеться и накраситься. Мама тоже скоро приедет. Она южанка до мозга костей, для нее губная помада – такой же необходимый атрибут, как пара жемчужных ожерелий, красивая почтовая бумага и портрет Элвиса Пресли в рамке.

Джозеф прикрыл за собой дверь, добавив на прощание в щелку:

– Нас ждет жаркое лето, Теннисон.

Целое лето? Да, возможно, именно столько и понадобится, чтобы выбросить наконец из головы горячего полицейского. Он был невероятно хорош в постели, пусть, возможно, и не самый интересный собеседник. Да и, по правде говоря, кому нужно, чтобы на тебя постоянно вываливали какие-то факты или интересные наблюдения? В уединенности есть своя прелесть. Хорошо, когда мужчина знает, что ему не обязательно заполнять паузы разговором. Иногда неплохо и отдохнуть друг от друга. А Джозеф казался как раз таким человеком, который не будет требовать слишком многого, оставляя возможность иногда погрузиться в себя и вообще забить на все и просто плыть по течению. И еще от него у Теннисон просто дух захватывало, так что быть по сему.

Она поднялась и прошлепала в ванную, свернув по дороге налево, в свою большую гардеробную. Порывшись в ящике с нижним бельем, натянула кружевные стринги и бюстгальтер в том же стиле – это будет напоминать о недавнем жарком сексе с Джозефом. Наверное, не помешало бы еще раз принять душ, однако Теннисон пока не готова была смыть с себя мужской запах, который по-прежнему чувствовала. Она отыскала простенькое, расширяющееся книзу хлопчатобумажное платье, подхватила пару вьетнамок и кое-как собрала волосы в небрежный узел. Чуть припудрилась, подкрасила ресницы, мазнула по губам помадой от «Диор» и выскочила за дверь.

Однако тут же вернулась и слегка надушилась. Пусть запах Джозефа будет только для нее, Теннисон.

Когда она вошла в гостиную, Марк сидел на диване, придерживая на коленке опрятных брючек чашку чая, а напротив устроился с журналом Джозеф. Почему он еще не ушел? Потом Теннисон догадалась – не хотел оставлять ее наедине с другим мужчиной, пока она переодевается. Это было весьма трогательно.

Джозеф поднял взгляд от страницы.

– Сумка за пять штук! С ума сойти!

По губам Марка скользнула улыбка.

– Это же «Фенди».

– Да за такие деньги можно в отпуск съездить! – Джозеф закрыл журнал. – Ну, мне пора. Приятно было с тобой пообедать, Теннисон.

Марк коротко вздернул брови.

– О да, нет ничего лучше хорошего «обеда».

Джозеф бросил на него пронзительный взгляд, потом вышел в кухню, подхватив со стойки оставленные там ключи. Марк смотрел вслед.

– Недурно, – проговорил он вполголоса, обернувшись к хозяйке и ставя чашку на стеклянный кофейный столик.

– Спасибо, – пробормотала Теннисон в ответ.

Джозеф вернулся и зашагал к выходу, опалив ее напоследок голодным взглядом. Дверь со щелчком закрылась. Теннисон потянуло броситься к ней и распахнуть, чтобы до конца насладиться видом удаляющейся мужской фигуры…

Однако дела прежде всего.

– Ну, вижу, вы повеселились, но теперь пора за работу, дорогуша, – проговорил Марк, вставая. – Прежде всего я хочу осмотреть сад – не нужно ли добавить какой-то зелени в качестве последнего штриха. Десять деревьев с праздничной подсветкой уже готовы, их выставят у бассейна. Гондолу привезут через три часа, и надо будет убедиться, что она достаточно устойчива. Цезарь – артист с характером, зато лучший оперный тенор на всем Юге. Его агент только в виде большого одолжения лично мне согласился на этот заказ, так что ни в коем случае нельзя допустить, чтобы наш певец упал в воду. Тенты расставят сразу после того, как мы все устроим с деревьями и гондолой. По территории будет бродить пара павлинов, как вы и заказывали, но попросите гостей по прибытии подписать отказ от претензий. Никогда не знаешь, что могут выкинуть животные. Да, с барменом насчет фирменных коктейлей на входе я тоже договорился.

– А парковщиков нашли?

– Разумеется. Позолоченные блюда, скатерти, пять сотен лимонов, гобелены и тесьма разложены по ящикам и доставлены. Моя команда прибудет сюда с утра пораньше и займется подготовкой. Ткани и прочее вы сами одобрили. Волноваться не о чем, обещаю, что все будет в порядке.

Теннисон глубоко вдохнула и с облегчением выдохнула.

– Хорошо. Тогда пойдемте во двор и решим, где ставить столы. Бланк отказа от претензий я попрошу своего адвоката разослать заранее – боже упаси, чтобы кто-нибудь подал на меня в суд. А разве павлины нападают на людей?