— Твой ребенок? Ты уверен?

Перед глазами Джейми снова возник кровавый туман.

— Абсолютно. — Он повернулся лицом к отцу. — А чей же еще? Ты знаешь, как часто мы этим занимались? Она никак не могла мною насытиться, правда, Лу?

Отец взмахнул рукой — так быстро, что Джейми даже не увидел, как в лицо ему ударил кулак.

Канны, осень 1992

— Вот черт! — воскликнул Джейми, взглянув на часы. Он опаздывает на встречу с Гатри!

Он опустил ноги на пол. Как странно — все это время вместо того, чтобы одеваться, он лежал на кровати и вспоминал те далекие годы. «Бедная старушка Лу», — тихо улыбнулся он. Сколько ей сейчас? Пятьдесят девять? Шестьдесят? Он не мог этого вспомнить — а когда-то думал, то никогда не забудет.

Джейми сидел в большой гостиной прекрасной виллы Гатри. Здесь вполне можно было немного подождать хозяина — в комнате было достаточно чем полюбоваться. К примеру, абстрактным полоном Пикассо или Матиссом. Не вставая с белой софы, Джейми оглядел помещение. Ничто здесь не выбивалось из общего тона, все было размещено идеально гармонично. Даже вазы с белыми цветами расставлены именно так, как надо. Джейми отхлебнул черного кофе из чашки, которую принес ему слуга.

— Извини, дорогой друг! — В комнату с шумом вошел Гатри, одетый в длинный белый халат с золотым подбоем. За ним следовали шесть мопсов и очень красивый молодой человек в джинсах от Гуччи, легких кожаных туфлях и пиджаке от Армани. — В последнее время мне становится все труднее и труднее заставить себя двигаться. Не желаешь ничего покрепче? — Гатри кивнул на кофе.

— Нет, спасибо.

— Ты уже завтракал? — поинтересовался Гатри, стараясь не думать о том, что сам он уже недавно поел. «Сегодня такой день, что о диетах можно забыть», — сказал он себе.

— Вообще-то нет.

— Тогда присоединяйся к нам.

После этого Гатри заговорил на прекрасном французском, попросив молодого человека поставить на стол еще один прибор.

— У нас сегодня просто восхитительные блины… и попка у него восхитительная, ты так не считаешь? — добавил Гатри, наблюдая, как его нынешний любовник выходит из комнаты.

— Ну, если тебе так кажется… — ухмыльнулся Джейми.

— А как поживает прелестная Мика?

Джейми внимательно посмотрел на Эвримена. Этому человеку не было смысла лгать — казалось, Гатри всегда узнает о событиях еще до того, как они произошли.

— Понятая не имею. Когда я в последний раз видел ее две недели назад, у нее было все прекрасно, — искренне ответил он.

— Я слышал, на прошлой неделе она хорошо проводила время у Таки.

— Рад за нее, — ответил Джейми, не сумев скрыть грусть в голосе.

— Бросай ее, старина. Она тебе не пара.

— Это будет непросто, — признался Джейми. Если бы ему сказал нечто подобное кто-нибудь другой, он дал бы резкую отповедь.

— Только первое время — ты найдешь кого-нибудь еще. Ты все еще божественно красив, ты знаешь это?

— Мне кажется, я немного обрюзг.

— Но откуда эта грусть из-за женщины, которая тебя не заслуживает?

— Гатри, почему это я позволяю тебе говорить мне такие вещи?

— Потому, что ты знаешь: я питаю к тебе дружеские чувства и всегда говорю правду… О, я уверен, одно время Мика тебя любила — это было видно даже глупцу. Проблема заключается в том, любит ли она тебя до сих пор. Гм… — Гатри сложил свои короткие толстые пальцы в щепоть и внимательно посмотрел на Джейми. — Мой друг, иногда у меня складывается впечатление, что тобою просто воспользовались по полной программе.

Джейми не ответил, лишь покачал головой, словно отметая эти слова. Гатри сказал именно то, что ему самому иногда приходило в голову и что он предпочел бы ни от кого не слышать — слишком больно это было.

Джейми поднял голову и нахмурился: в гостиную возвращался симпатичный молодой человек. Говорить с Гатри — это одно, но обсуждать свои личные проблемы в присутствии какого-то незнакомца — совсем другое.

— Не беспокойся насчет Жан-Пьера — он человек темный, не понимает из нашей беседы ни слова, правда, милый? — Гатри широко улыбнулся Жан-Пьеру, который тут же улыбнулся в ответ. — Я нашел его в одном баре в Марселе, с тех пор он выглядит намного лучше, ты не находишь?

— Гатри, а ты не боишься СПИДа?

— Бог ты мой, ну конечно нет! Я не стал бы делать ничего такого, что подвергло бы меня риску. Я никогда не копался в отверстиях тел других людей!

— В этот момент красивая филиппинка ввезла в комнату тележку с завтраком. Гатри сосредоточился на блинах с икрой, запивая их «Бак Физз», и прошло некоторое время, прежде чем он обратился к вопросу, ради которого пригласил Джейми.

— Ты не против пожить у меня?

— С удовольствием. Мне не очень-то хочется возвращаться в Англию.