— Поняла. Но если говорить о нашем деле, то куда дальше?

Босх на мгновение задумался.

— В центр, в Рейган. Давай поговорим с твоим парнем из медкомиссии.

Лурдес кивнула и завела двигатель.

— Джерри Эдгар. Он сказал мне, что в свое время работал в полиции Лос-Анджелеса.

Босх удивленно покачал головой.

— Что, ты его знаешь? — спросила Лурдес.

— Да, я его знаю, — сказал Босх. — Мы работали вместе в Голливудском участке. Еще в те времена. Я знал, что он ушел на пенсию, но думал, что он продает дома в Лас-Вегасе.

— Ну, теперь он вернулся сюда, — сказала Лурдес.

Офисы Медицинского совета Калифорнии находились в государственном здании им. Рональда Рейгана на Спринг-стрит, в трех кварталах от штаб-квартиры Департамента полиции Лос-Анджелеса. В плотном потоке машин дорога из Пакоймы заняла сорок пять минут. По дороге Лурдес позвонила Джерри Эдгару и сказала, что она и ее напарник едут к нему. Когда Эдгар замялся, сказав, что у него уже назначено и он хочет перенести их встречу, она назвала своего напарника — Гарри Босх, и Эдгар не смог отказать. Он сказал, что освободит место в своем расписании.

Они припарковались на платной стоянке, и Эдгар ждал их в вестибюле государственного здания. Он тепло, но неловко обнял Босха. Прошло несколько лет с тех пор, как они общались друг с другом, профессионально или как-то иначе. Последнее сообщение от Эдгара, которое Босх мог вспомнить, было соболезнование по поводу бывшей жены Босха несколько лет назад. Босх слышал, что после этого его бывший партнер ушел на пенсию, но не получил приглашения на вечеринку по случаю выхода на пенсию, хотя и не знал, была ли она на самом деле. Тем не менее, они вместе расследовали несколько дел, пока работали в отделе убийств в Голливуде. Теперь в Голливуде не было даже отдела убийств. Всеми убийствами занимались детективы Западного бюро или ОГУ [17] департамента. Все меняется.

Среди полицейских бытовало мнение, что истинная проверка партнерских отношений происходит, когда поступает звонок о необходимости помощи. Реакция — бросить все и ехать, прижав педаль газа к полу и прорываясь через светофоры с сиреной, чтобы добраться до нуждающегося в помощи копа. Настоящие напарники отслеживают одну сторону каждого перекрестка, проезжая его на скорости. Водитель смотрит влево, пассажир — вправо, каждый кричит "Чисто!" — когда машина проносится через перекрестки под красный свет. Требуется огромное доверие, чтобы не обмануться и не проверить другую сторону, даже когда ваш партнер говорит, что все чисто. С настоящим партнером вам не нужно проверять другую сторону. Вы знаете. Вы верите. Но когда Босх и Эдгар были напарниками, Босх постоянно перепроверял другую сторону улицы. Посторонний человек мог бы расценить это как дистанцию, выкованную расовым различием между ними. Эдгар был черным, а Босх — белым. Но для каждого из них это было что-то другое, что-то не имевшее отношения к цвету кожи. Это была разница между тем, как каждый из них относился к своей работе. Это была разница между тем, как коп работает над делом и как дело работает над копом.

Но ничего из этого не проявилось, когда двое мужчин улыбнулись друг другу и неуверенно обнялись. Голова Эдгара была выбрита, и Босх подумал, узнал бы он его, если бы не знал, что это его бывший напарник.

— Последнее, что я слышал, — сказал Босх, — ты завязал с этим делом, переехал в Вегас и продавал недвижимость.

— Ну… — ответил Эдгар. — Это продолжалось около двух лет, и потом я вернулся сюда. Но посмотри на себя. Я знал, что ты никогда не сможешь отказаться от этого, но я думал, что ты попадешь в прокуратуру или еще куда-нибудь. Д-П-С-Ф [18] . Они называют себя "Город Миссий" [19] , верно? Это идеально подходит для Гарри Босха.

Лурдес улыбнулась, и Эдгар указал на нее.

— Ты знаешь, о чем я говорю, — сказал он, улыбаясь. — Гарри — всегда человек на миссии.

Эдгар перестал улыбаться и сменил тему, прочитав в застывшем взгляде Босха намек на то, что он слишком далеко зашел в определении главного различия между ними. Он подал знак следовать за ним в нишу лифта, и они вошли в переполненную кабину. Эдгар нажал кнопку четвертого этажа.

— Как поживает твоя дочь? — спросил он.

— Учится в колледже, — ответил Босх. — Второй год.

— Ого, — сказал Эдгар. — С ума сойти.

Босх просто кивнул. Он терпеть не мог вести разговоры в переполненных лифтах. Кроме того, Эдгар никогда не встречался с Мэдди, так что было ясно, что они перешли к пустой болтовне. Он больше ничего не говорил, пока они ехали вверх. Вышли на четвертом этаже, и Эдгар с помощью карточки-ключа вошел в офисные помещения с большой правительственной печатью на стене, на которой была изображена семиконечная звезда, окруженная надписью Калифорнийский департамент по делам потребителей.

— Моё лежбище здесь, — сказал Эдгар.

— Вы из департамента по делам потребителей? — спросила Лурдес.

— Правильно, отдел расследований качества здравоохранения. Мы занимаемся правоприменением для Медицинского Совета.

Он провел их в небольшой личный кабинет с переполненным бумагами столом и стульями для двух посетителей. Усевшись, они приступили к делу.

— Итак, это дело, над которым вы работаете, — сказал Эдгар. — Вы думаете, оно связано с жалобой, которую прислала нам одна из ваших жертв?