— Иди отсюда. — Тимоха отодвинул Макаркину морду в сторону.

Тузик, решив, что конь перешел личные границы друга, злобно оскалился и зарычал. Макарка всё понял, посмотрел на собачонку добрыми умными глазами и сделал шаг назад.

— Прости меня Господи. — Матвей зачерпнул из ведра горсть зерна и дал его слизать коню с двух ладоней. — Ребята, вы ничего не видели.

Подростки согласно закивали. Макарка сделал вид, что ему дали гораздо больше, чем на самом деле и тщательно пережевывал еду в течение нескольких минут. На свежий воздух вышел Наиль. Ему аккуратно постригли бороду и волосы, переодели и теперь он был похож на просто изможденного человека. Единственно, что сильно отличало его от остальных, это взгляд. В нем остался страх. Наиль смотрел распахнутыми глазами, как человек, увидевший опасность за мгновение до рокового события.

— Привет. — Поздоровался с ним Матвей.

Он давно ждал, когда тот придет в себя достаточно, чтобы поговорить о дороге. Матвей с Тимофеем еще не оставили идею найти его родителей, но совершенно не представляли, каким стал внешний мир. Хотелось получить достоверные данные и принять на их основе правильное решение.

— Привет. — Ответил Наиль. — У вас и лошади выжили? — Удивился он.

— Это все благодаря штольне. Было куда затолкать крупную живность.

— Я даже собаку за всю дорогу ни разу не увидел. — Он кивнул в сторону Тузика. — Тех, что выжили, быстро съели.

Тимофей положил руку на Тузика сверху, как будто хотел защитить его от поедателей собак.

— А мы с внуком не местные, всё думаем, сможем ли мы добраться до Москвы самостоятельно.

Наиль хмыкнул.

— И думать забудьте. У вас здесь рай, а там настоящий ад. Такого как у вас я не видел. Везде голод и смерть. Какие коровы или куры, люди землю едят, если на ней лежала еда. Я сам ел землю в погребах или магазинах, где банки полопались. Не надо никуда идти, ничего не найдете, кроме собственной смерти.

Тимофей и дед переглянулись. Взгляд внука выражал печаль, но в нем появилось понимание, что затея действительно может оказаться слишком опасной.

— А везде одинаковые разрушения? — Поинтересовался Матвей.

— Ну, да, везде эти разломы, булькающие горячие лужи, гейзеры. Я в самом начале встретил семью, как я думаю, все погибли. Вид у них был, как будто их в кипятке сварили. Я сошел с того места и буквально через пару минут из-под земли долбанул фонтан кипятка и пара. А с виду это была обычная трещина, как и тысячи других. Смерть может настигнуть там, где ее не ждешь. И люди, и природа, все хотят тебя убить.

— А что бандитизма много на дорогах? — Матвей до встречи с Наилем считал эту опасность самой значимой.

— Хватает. Особенно пока по трассе шли. Убитых много раз встречал. Хотя мне непонятно, зачем убивать, если тебя никто преследовать не собирается. Ну, отобрал еду, но убивать зачем? — Наиль присел на корточки, как будто устал стоять. — Люди быстро потеряли человеческий облик. Мне кажется, они стали частью плана природы по уничтожению людей.

— Да беззаконие это и ничего другого. — Не согласился Матвей. — Все мы цивилизованные пока над нами висит опасность неотвратимости наказания.

— Не пойму, как вам удалось изолироваться от остальных? Мне сказали, что я первый человек, которого они увидели после катастрофы. — Удивленно поинтересовался Наиль.

— А я не пойму, как ты нашел сюда дорогу? — В свою очередь полюбопытствовал Матвей. — Ты попал в узкий перешеек, к которому не ведет ни одна дорога. Мы тут действительно живем, как в затерянном мире.

— Я не помню. Последняя неделя у меня прошла, как во сне. Я просто шел. Голова уже не работала, только подсознание, как у пьяного. Брел и брел, а потом увидел людей и понял, что всё, добрел и упал. Я думаю, бог вел меня.

— Не иначе. Математически оказаться у нас у тебя не было шансов.

— Чего-то я должен еще сделать в этой жизни. Наверное, сказать вам, чтобы не обнадеживались тем, что вы в изоляции. Надо бы поставить под контроль тот перешеек. Если голодные банды прознают, в каком богатстве вы живете, вам конец.

— Да у нас и оружия нет никакого. Максимум, что можем найти, пару старых двустволок, да с десяток патронов с мелкой дробью. С таким хозяйством не навоюешь.

— Это да. — Согласился Наиль.

— А что, там прям банды?

— Ну, а как их еще назвать? Группы по интересам? Есть-то всем хочется. Соберутся в шайку самые отмороженные и давай шерстить все деревни и городки в округе. Я много раз слышал стрельбу, но везло, что не попадал на разборки. Один раз ночью на меня почти наступили, но не увидели. Я слышал, как гремело оружие у них. А потом они открыли стрельбу. Убили тех, кто ночевал на дороге чуть дальше меня. Я после этого и решил, что с трассы надо уходить.

— Военных не видел?