— Они… они не могут отказаться? — с надеждой спросил отец, бросая последний отчаянный взгляд на епископа. — А если их казнить?

Тот тяжело вздохнул, склонив голову:

— Ваше величество, по закону ритуала мужья принцессы обязаны явиться во дворец и принять судьбу. Их воля уже не имеет значения.

Как только эти слова прозвучали, изображения в зеркале стали меркнуть, а затем исчезли вовсе. В зале повисла тишина.

А потом все резко уставились на меня.

Я моргнула.

— Что? — возмутилась я, но тут же почувствовала лёгкое жжение на запястье.

Опустив взгляд, я увидела… брачные метки. Причём сразу четыре .

— Ой… — только и выдохнула я, переворачивая руку и рассматривая их.

Каждая метка была уникальной. Один символ напоминал расправленные крылья, второй — огненный вихрь, третий был похож на застывшую волну, а четвёртый изображал что-то вроде переплетённых рун.

— Боги… — выдохнул кто-то из придворных, сглатывая.

— Четыре мужа, — пробормотал отец и, кажется, побледнел ещё больше.

А я? Я с интересом разглядывала свои метки и думала: Ну, может, хоть кто-то из них окажется симпатичным не только через зеркало?

Король тяжело вздохнул и махнул рукой:

— Всё. Все свободны. Ритуал окончен. С будущими… принцами познакомимся, когда они прибудут.

Придворные, едва скрывая облегчение, начали быстро расходиться, напоследок бросая на меня нервные взгляды. Даже советники поспешили ретироваться, не желая больше слышать ни про ритуал, ни про меня, ни про моих будущих мужей.

— А ты, — король ткнул в меня пальцем, — иди… куда-нибудь. И ничего больше не трогай!

Я лишь пожала плечами и направилась к выходу.

Дворец, по которому я шла, был величественным, но в последнее время начинал терять былую роскошь. Когда-то наше королевство было одним из сильнейших, а теперь переживало далеко не лучшие времена. Великие победы и эпоха процветания остались в прошлом, а сейчас мы балансировали между двумя могущественными врагами — соседними королевствами, которые давно точили зубы на наши земли. Несколько мелких союзников помогали удерживать равновесие и именно из их числа отец и надеялся выбрать мне жениха, чтобы укрепить политические связи.

Ну… теперь этот план определённо провалился.

Мои покои находились в одной из башен дворца, и, открыв дверь, я привычно перешагнула через ворох разбросанных вещей.

О, этот хаос был мне родным и уютным.

Вроде бы и комнаты у меня просторные, с огромными окнами, с мебелью из дорогих пород дерева, но их истинное великолепие было скрыто под слоями моих недоделанных проектов. Здесь валялись листы с записями о магических формулах, там — брошенные книги, на столе сиротливо поблескивали недособранные артефакты. Где-то среди этих завалов я точно оставила экспериментальный браслет, который должен был усиливать магию… но вместо этого взрывался при каждом удобном случае.

Служанки, как всегда, безуспешно пытались навести порядок, но их «чистота» лишь усложняла мне жизнь. Найти что-то в аккуратно разложенных стопочках было невозможно.

Впрочем, здесь был один обитатель, который жил себе спокойно, несмотря на весь этот беспорядок.

Я подошла к небольшой клетке, стоявшей на подоконнике, и улыбнулась.

— Как ритуал? — раздался мелодичный голос.

На меня внимательно смотрел мой единственный друг — попугайчик. Вернее, теперь уже не совсем обычный попугайчик.

Однажды я случайно шарахнула его магией, когда пыталась зарядить один из артефактов. В результате этого несчастного случая мой питомец приобрёл… скажем так, весьма занимательные способности. Теперь он жил без старения уже добрых десять лет и, судя по его бодрому виду, собирался жить ещё дольше.

Я протянула палец, и он тут же легко перепрыгнул на него. Я осторожно поднесла его к лицу и чмокнула в тёплую пернатую макушку.

— Как и ожидалось, — вздохнула я, — всё пошло совершенно непредсказуемо.

Я вздохнула и провела пальцем по пушистому брюшку попугая.

— Теперь отец точно решит принять предложение Ауресты , — пробормотала я, наблюдая, как птица наклоняет голову, внимательно слушая.

Я совершенно случайно узнала об этом неделю назад. Вернее, просто шла мимо коридора, когда услышала, как отец обсуждает с советом тревожную новость. Король Ауресты , нашего давнего врага, предложил «мирное» решение: отец добровольно отказывается от трона, складывает полномочия в пользу аурестийского короля, и тогда наши земли не затронет война, которую, по их мнению, мы непременно проиграем.