Метров через сто я обнаружил идущую в направлении дороги стежку. Вот, значит, где был раньше спуск. И вот тут в первый раз обнаружил присутствие в этом мире людей. Видимо, эта железка была частью упряжи. Понятное дело, на лошадке по лесу сподручней. На железяке даже был выбит какой-то рисунок. Или клеймо. Часть инструмента всегда со мной. Брызнул раствором, зачистил и внимательно посмотрел в лупу. Это же клеймо! «Свинцечск».

Ничего себе! Кириллица! Неужели тут русские живут? Хотя шрифт довольно старинного вида. И железо не сильно проржавело. Вещь относительно новая. Возможность встречи людей с одной стороны радовала, с другой, несколько напрягала. «Кудесник» упоминал про некие терки между различными типами людей в этом мире. Но больше писал про магию. Вот в это я не верил. Хотя мой способ попадания сюда точно к нашей науке отнести было нельзя. Но ведь и научная мысль развивается? Скорее мне был бы понятно наличие некоего артефакта, оставшегося от инопланетян. Более передовые технологии и не больше.

Но к дороге все равно пришлось выходить по воде. Узкая полоска болота подходила близко к грунтовке. Для такого случая, чтобы не мочить ботинки, у меня были припасены бахилы. Но даже сквозь них и ботинки просачивался жуткий холод. Под болотом, что ли, лежит вечная мерзлота? Меня отчего-то не покидала уверенность, что я нахожусь где-то на севере. Так солнце светит или некое предчувствие?

Не успел я выбраться на дорожное полотно и начать приводить себя и велосипед в порядок, как этот мир сызнова меня несказанно удивил. Река в этом месте делала извилину, гигантский лес заканчивался большим угором, что уходил прямо в воду. Странный выверт местного ландшафта. Или смешение пространств из различных мирозданий. Как будто один кусок кинули на другой. Больно уж они были разными. Видимо, поэтому я не услышал звука мотора, и когда в безмерном удивлении повернулся на нарастающий шум, то было поздно.

Антикварного вида грузовичок уже останавливался посреди дороги, из него выпрыгивали люди в одеянии Дикого Запада. Я аж растерялся, так и оставшись стоять с велосипедом, и хлопая глазами. Из первого автомобиля вышли двое. Высокий, плечистый мужчина средних лет с вислыми усами, и коренастый старик с седой аккуратной бородкой. На ковбоев они были на самом деле непохожи. Просто кожаные широкополые шляпы создали первоначальное впечатление. Крепкие на вид штаны и серые пыльники с кожаными перевязями усиливали впечатление старомодности их одеяния. И видимо, их несколько сбил с толку мой старый пыльник, который смотрелся схоже с их одежкой.

Пожилой дядька крякнул и поприветствовал меня:

— Здрав будь, путник.

Меня как-то зацепило это знаковое слово и заинтересовал его выговор.

— И вам всего наилучшего, путники.

Мой ответ их заметно удивил, мужчина повернулся к старику и что-то тихо проговорил. В этот момент от второго автомобиля отделилась грузная фигура и потянулась к нам. Круглолицый и узкоглазый мужик в расцвете сил. Он держал в руках винтовку незнакомой конструкции. Точно Дикий Запад!

— Друже, к чему заминка? Кто сий есть?

Старик почесал бороду и пожал плечами.

— По обличью городской, но откель он так далече явился? И самокат премудрый.

Его молодой спутник подтвердил:

— Николи такого не зрел. Друже, можно взирати?

Я кивнул:

— Смотри, если охота.

Честно говоря, я в эту минуту здорово напрягся. Незнакомцы все были вооружены. У людей из первой машины на поясах висели револьверы и здоровые ножи. Узкоглазый вдобавок держал меня постоянно в поле зрения, и винтовка была наготове. То ли они в дороге никому не доверяют, то ли именно здесь та опасна. Внезапно меня пробило осознание того, что я точно в чуждом мире. Где еще у нас могут так странно говорить и одеваться? Да и оружие их со снаряжением рассказало мне больше, чем обычному человеку. Благо за жизнь подержал в руках всякое старинное вооружение и книг прочитал. Оно точно не из 21 века. По языку и вовсе век семнадцатый. Ага, стрельцы с пищалями на машинах. Интересная тут обстановка.

— Подивился, Ставр?

Молодцеватый мужчина, судя по ухваткам, с велосипедами был знаком. Он бросил в мою сторону острый взгляд и ответил старику:

— Не Тугаевских выделка. Особливо тонкая.

— Не уж-то Тула?

Узкоглазый встрепенулся и тут же повернул в мою сторону винтовку, его палец лег на спусковую скобу. Мне сразу стало не по себе, и я ляпнул:

— Почему Тула? Импорт.

— Добрыня, сам глянь.

Старик отодвинул компаньона с винтовкой, подошел к моему велосипеду и сначала потрогал подсумки. Они не были фирменными, а сделаны под заказ.

— Добрая выделка. Легче в пути. Ты издалеча, путник?

Я пожал плечами:

— Наверное, да.

— Глаголишь, как заводские приказчики. Звать как тебя, мил человек?

— Стас… Станислав.

— Слава, — Добрыня меж разговорами цепко обежал глазами мой велосипед. Марка известная, куплены бэушная через знакомого. Я посчитал, что на тропу лучше взять велосипед, чем мотоцикл. На двух колесах всяко лучше, чем на своих двоих. И груз какой-никакой тащить можно. Да и привык во время былых странствий ездить на велосипедах. Это уже, когда идут раскопы, я брал старенькую' Ниву' из гаража. Все-таки инструменты туда тащить, да и предметы иногда попадались ценные, но тяжелые.

Ставр встал и, приподняв шляпу, причесал рукой гриву пшеничных волос. Он и старший были похожи на северян, прозрачные глаза и светловолосые.

— Чудная поделка, я таковых не зрел ранешне.

— Вижу, но нам недосуг. Слава, тут места опасные, ты с нами или один пытать Навьи будешь?

Если честно, язык чужаков был времена так непонятен, что еле доходил смысл. Но каким-то образом, как будто проходя через некий фильтр, до меня допер' перевод'. То есть я схватывал суть слова. Например, навьи — это существа, связанные со смертью, загробным миром и его обитателями. А старик имел в виду, буду ли я испытывать и дальше судьбу.