Annotation
Из украинских сказаний.
(Записано со слов лирника)
Любич-Кошуров Иоасаф Арианович
Иоасаф Любич-Кошуров.
Вечер первый
Вечер второй
Вечер третий
Любич-Кошуров Иоасаф Арианович
Зеленые святки
Иоасаф Любич-Кошуров.
Зеленые святки [*]
Из украинских сказаний
(Записано со слов лирника)
[*] -- "Зелеными святками" на Украйне называется неделя до Троицына дня. На этой неделе, по поверьям малорусского народа происходят в лугах, полях, лесах, на озерах и болотах сборища русалок.
Вечер первый
Стало быть, про русалок? Ну, так и так; слушайте, я вам стану рассказывать про русалок.
Жил это, видите, один дед; колдун был, или Бог его знает, а, только, скажем, сейчас, хоть бы, скажем, у вашего папеньки, захворала корова: живот это дует, пена изо рта а от чего захворала -- неизвестно, -- сейчас за ним.
– - Иван там, или Левон, сбегай за дедом.
Ну, приведут его; борода это длинная, длинная седая, только и есть, что одна борода. Его так и звали "борода" потому что, знаете, была у него борода вот этакая. Да, до земли.
Идет, бывало, -- будто одна голова на бороде идет.
Многие боялись даже, особенно, если издали.
Известно -- глупый народ, а то разве можно на бороде ходить?
И совсем ничего себе был старик; только известно они какие: -- уж если дед, -- так дед.
Говорят, к вашему дедушке хаживал.
Стоить это в передней. А дедушка из спальни с графинчиком; сейчас о графинчик рюмкой стук-стук... Подойдут.
– - Ну, -- говорят -- борода пьешь что-ль?
Нальют.
А в передней, знаете, мух это видимо-невидимо.
– - Пью-с -- говорит, -- батюшка, Николай Петрович...
И этакая, знаете, гадость, тьфу!.. -- Наловит с окошка мух, там пять или шесть, или сколько, -- сейчас в рюмку... Хлоп -- выпил.
Ах ты, Господи! Да... Такой был старик.
А то бабы рассказывали, да должно врут. Брали раз замашки. Хорошо. Тишь, говорят, это, ни ветра, ничего это... Тепло.
Глядь -- Борода. Мельница у него была там в огородах... Оно, знаете, одно к одному: колдун -- ну значит и мельница. У них у всех -- мельницы. И у этого тоже.
Идет, говорят; жуть, говорят, такая взяла -- на бороде говорят, идет -- разве с ними сговоришь? Одно слова бабы. А вы так посудите -- разве можно на бороде ходить?
Ну все одно -- на бороде -- и на бороде. Походил, походил около мельницы, покашлял, взял -- и отчинил крылья. А тихо, знаете: ни ветра, ничего. Потом, Господи Иисусе Христе, хлоп об землю -- стал на голову, а ноги кверху... Стал и стоит.
И, что же выдумаете, сейчас это потихоньку, потихоньку замолола мельница и пошла, и пошла! А другие мельницы, какие были -- там хоть, как сейчас, скажем, у дьячка, знаете около рощи, или у становихи, -- хоть бы что: стоят и ничего -- как мертвые.
И тишь, это, тишь, -- страсть.
Постоял он, постоял этак: ну, не век же ему так стоять -- значит, постоял, сколько нужно, да; и сел на порожке.
Хорошо, сидит. Только прошло сколько времени -- глядь: один воз едет, другой, третий. Один с рожью, другой с пшеницей третий еще там с чем -- много собралось народу, всю мельницу окружили.
А у дьячка, (т. е., тогда еще дьячковой мельницы не было, ну да это все равно -- не у дьячка, так еще у кого) -- пусто.
А он сидит и смеется:
– - Гы-гы-гы. Гы-гы-гы...
И зубы скалит, а зубы желтые -- желтые...
Да это врут бабы. Господи, Господи! наговорят, наговорят, наврут -- тьфу!
А вы слушайте, какую я про него вам расскажу сказку.
Слышал я эту сказку... Погодите... Именно от дедушкина письмоводителя... Или нет, постойте!..
Да вы меня не слушайте. Бывает -- и спутаешь.