Бородач обернулся, смерив меня взглядом с головы до ног. В его глазах читалось откровенное недоверие и даже некая опаска, словно он нечто странное во мне увидел.

– А ты еще кто такой? Не местный же? Я тебя не помню.

– Корвин, – представился я, используя новое имя. Оно легко сорвалось с языка, будто я носил его всю жизнь. – Иду с юга. Корвин Андерс.

– Дождь как проскочил?

– По краю пронесло, четверо мне свидетели, думал там и останусь. – ответил я, вспоминая как это было страшно. – Так как насчет работы?

Хозяин баркаса почесал в затылке переглядываясь с собеседником, который вообще не обращал на меня внимания, уткнувшись в кружку и видимо был сильно пьян.

– А ты весло-то в руках держал? Баркас тяжелый, против течения идти, это тебе не девок за косы дергать.

– Держал, – твердо ответил я. – И не только весло. Работы не боюсь, руки крепкие. А будете кормить, так тем более.

– Нет, парень. Добрейшая Акна велит помогать людям, но сейчас я не готов рискнуть. Мне плевать откуда ты идешь и куда, но чует моя старая каменная задница, что следом за тобой идут неприятности. Так что ступай своей дорогой, а мы своей. Только пассажиром возьму, за двадцатку меди.

Это было очень неприятно, но на что я рассчитывал? На то что опять повезет и я как по маслу укачусь хрен пойми куда? У меня оставалась одна медная монета, но считать то, что находится в рюкзаке, за богатство я не собирался. Стоит мне туда залезть, как меня любой попытается прирезать. Там одних только камней на десяток золотых. А еще инструменты. Целая куча очень ценных вещей, которые трогать нельзя.

– А можно вас спросить? Что там на севере? – задал я интересующий вопрос.

– Работа, и много. Туманный лес идет широко, поэтому перед ним мы вырубаем весь вековой лес и сплавляем к морю. Так что, если хочешь, поплыли, работу там найдешь – смилостивился и ответил хозяин. – За оказанную помощь можно легко оказаться в петле, а за оплаченную услугу, это уже другой разговор. С нас взятки гладки. Тем более что мы сюда только через месяц вернемся.

– Да, я понимаю. – кивнул я. – За мной никто не гонится, я сам по себе. А если пешком, то можно дойти?

– Дойти можно. Вот река, вот и иди. – отмахнулся от меня мужик и повернулся к собеседнику, показывая, что на этом разговор исчерпан.

Я доел хлеб, допил воду и вернулся к сидящему неподалеку трактирщику, и протянул еще одну монету.

– Хлеба с собой.

– Есть птица, свежая, утром поймали. Рыба копченая.

– Денег нет. – с сожалением признался я. – А не подскажете…

– Не подскажу. – ответил тот притягивая мне кусок хлеба. – Меня будут просто спрашивать, скажу, что не видел. А если не просто спрашивать, всё скажу, ты парень заметный. Беги парень, я же вижу, тебе тут нельзя. Мы люди свободные, спины не гнем. Граница между баронствами большая, а леса справа так вообще хозяина не имеют, разных принимают.

– Понял. – я кивнул, засовывая хлеб в рюкзак и закидывая его на спину. – Будь милостива Теера вашему дому. В лесу опасно?

– Звери уходят от Туманного леса, живности мало, одни птицы, да мелочь. А вот рыбы много, ей деваться некуда. Соседям, повезло, у Торвальдов, лес не прошёл, не смог перелезть через реку, а нас скоро совсем выдавит до самого города. Пусть Венату присмотрит за тобой, парень.

Про ночевку я доме или сарае я даже спрашивать не стал, ушел как показал трактирщик, матерясь и чертыхаясь на всё вокруг. Вот почему нельзя просто взять и повезти? Чтобы спокойно уплыл на север, а дальше куда кривая вывезет. Не возвращаться же назад. У меня всё равно ни карты, ни знаний о местности.

Идея добраться до родителей Лео и заселиться там, заслуживала внимания только отчасти, как отчаянное желание оказаться рядом с теми, кого я знаю и кто может меня защитить. Правда это были наивные ожидания. Родители и братья обычные смертные, как и я, что они сделают против практика, да и будут ли вообще пытаться меня защитить? Думается мне, что нет.

Так что лес и север, а также наступающий чуть в стороне Туманный лес меня вполне пока устраивали. Пока буду жить по принципу, день прошел и хрен с ним, а там посмотрим.

Темнеть начало быстро, и я углубился в чащу, держась поближе к реке, чтобы не заблудиться окончательно. Первым делом нужно найти место для ночевки, сегодня я уже далеко от местных не уйду. Для этого нужно какое-нибудь укрытие, а то спать на голой земле не слишком хорошо. Не смотря на слова мужика из деревушки, я всё же хищников решил опасаться заранее, и нож с рюкзака перекочевал в правую руку.

Когда уже совсем стемнело, я нашел более-менее подходящее место, наткнулся на старую, завалившуюся от подмывшей корни реки ели, запутавшуюся в собственных огромных ветвях и образовавшую нечто вроде естественного шатра, небольшого сухого пространства, в котором было сухо, можно было защититься от ветра и главное оно было скрыто от посторонних глаз.

Любой егерь, естественно, найдет меня на раз, но сейчас мне было плевать, разрубил несколько веток, образовывая проход, убрал лишнее, закидал готовое убежище этими же сухими ветками, и закрыл проход. Внутри места хватало, чтобы вытянуться, если подсунуть ноги под ветки, я достал вещи из рюкзака и застелил ими нарванную заранее траву.