Мало того, Нурекен еще и завидный охотник: даже резвую косулю способен подстрелить точно в глаз! Каждый второй день он приносил свежую оленину, так что мясом друзья всегда были сыты по горло. Более того, в течение одного только месяца его охотничьи трофеи пополнили шесть соболей. Да простит Всевышний неверный язык Бекена: если добавить того, которого он взял в день своей смерти, то соболей будет семь!

Вот эта безоглядная страсть к охоте в конце концов и погубила Нурпеиса... Накануне, выслеживая на северном склоне зверя, он неожиданно провалился в медвежью берлогу. Разве был в силах бедняга противостоять до срока проснувшемуся, разъяренному медведю? Зверь на него набросился, подмял под себя и разодрал на части.

Лексей с Бектемиром, которые вскоре бросились на поиски пропавшего Нурекена, вышли по следам на место трагедии, убили медведя, собрали разбросанные останки погибшего друга в мешок и принесли в юрту.

Голова, одна рука и хромая нога Нурекена оказались оторваны от тела. Они аккуратно сложили все вместе, завернули в войлок и приготовили для спуска в долину. Лексей, весь в слезах, остался охранять лошадей и юрту, а Бектемир тут же помчался вниз, чтобы не медля сообщить аулчанам печальную весть.

Вот и все, что произошло.

Разве обретут покой люди, услышав о такой трагедии, — всю ночь никто в Мукуре не сомкнул глаз. Спозаранку четыре джигита приготовили носилки, чтобы привезти останки Нурпеиса, снарядили коней и уехали к Аргыту.

Утром оповестили о несчастье всех живущих вдали от аула родственников: кого-то по телефону, кому-то отослали телеграмму, а к тем, что обосновались поблизости, отправили верховых гонцов.

На предстоящие поминки зарезали подходящую животину — мухортую кобылу Нурпеиса. Весь день Бектемир лично руководил приготовлениями к поминальной трапезе, зорко наблюдая за действиями женщин, поучая их и щедро раздавая советы.

На следующий день с утра он явился к Мырзахмету и попросил:

— Разреши на несколько дней отлучиться в райцентр — надо бы сердце проверить, иначе загнусь... Должно быть, после всего этого ужаса мое бедное сердечко не вынесло переживаний — что-то расшалилось больно...

— О, какие могут быть просьбы, Беке! Конечно, поезжайте... Ваше состояние можно понять: разве легко пережить подобное, когда с твоим другом случилась такая страшная беда, — посочувствовал, проявив полное понимание, Мырзекен и без лишних слов отпустил Бектемира.

Получив добро от начальства, Бекен тут же взял ноги в руки и благополучно скрылся, решив на всякий случай отсидеться подальше.

Назавтра, с трудом пробиваясь сквозь толщу обильно выпавшего снега, вернулась в аул четверка джигитов, ускакавших к Аргыту.

— Что случилось? Где останки? Куда подевали носилки?

— Нурпеис не только не погиб — с ним вообще ничего необычного не произошло, здоров и невредим... Вдвоем с Лексеем пасут в горах лошадей да поджидают Бекте-мира, — объявили возвратившиеся гонцы, хватаясь за животы от безудержного смеха.

Услышав это, директор Мырзахмет едва не лопнул от гнева. У Нургызаин же буквально подкосились ноги: с посторонней помощью она еле добралась до постели и рухнула как подрубленная.

Что же теперь делать, ведь кобыла зарезана, бараны освежеваны, над горящими очагами кипят котлы, издалека и из соседних аулов прибыли близкие и дальние родичи?

— Чем пережить такой срам, уж лучше бы Нурекен и в самом деле умер! — в сердцах воскликнула Нургызаин, хватаясь за горящее от стыда лицо.

Такой нелепой и ужасной ситуации народ ни в прошлом, ни впоследствии не знавал. Однако призывать к ответу Бектемира, отправив за ним в райцентр гонца, аулчане не стали. Собравшись в доме Нурпеиса, мукурцы вместе с его родственниками сквозь смех и слезы съели приготовленное мясо, угостились поминальной едой да разошлись по домам.

— Неловко все вышло, зачем ты так жестоко поступил с Нурпеисом? — спросили позже Бекена сверстники.

Узнав, что тот решил проучить друга, выставившего его на посмешище, они обратились за подробностями уже к Нурпеису:

— Ай, Нуреке, чем вы так досадили Бекену, как опо-зорили-то?

— Да обманули мы его — напоили помоями от вымоченной шкуры, а ему сказали, будто это бражка... — тихонько признался Нурпеис.

— В таком случае вы полностью оба квиты! — объявили ровесники, призывая друзей к благоразумию, и заставили их в знак примирения пожать друг другу руки...

Прошло уже несколько лет, как скончался Нурпеис. Слава Богу, Бектемир все еще жив-здоров и стал ныне одним из самых знатных и уважаемых стариков Мукура. Это мудрый аксакал, пользующийся среди аулчан непререкаемым авторитетом.

* * *

Когда над страной сгустились тучи и на западе занялся пожар войны, большинство мукурских мужчин тоже были призваны на фронт.

Вернулись с кровавой бойни лишь шестеро. А сейчас в живых из них остались только престарелые, едва держащиеся на ногах Амир, Метрей да Бектемир с Нургали.