— Герр Манн, я должен принести вам свои извинения. Вся эта история с новыми владельцами Проекта Чистота оказалась огромной ошибкой.

— Большой вины у вас передо мной нет. Как говорят в России, сами заварили кашу, сами расхлебали. Единственное, в чем я мог бы вас упрекнуть, это непозволительный тон во время нашей последней встречи.

— Да, и за мне стыдно. И в качестве небольшой компенсации морального ущерба я перевел вам небольшую, но приятную сумму. Это не плата за что-то конкретное, а доступная мне форма извинений.

— Спасибо, деньги — прекрасный способ просить прощения. Извинения приняты. Но вы все же чего-то хотите от меня?

— Потребность разбираться с токсичными отходами никуда не делась. И кроме вас, герр Манн, мне по-прежнему не к кому обратиться.

— Проект Чистота прекратил свое существование. Возможно, я создам что-то похожее, но не сейчас и заметно восточнее.

— Я слышал, что они не смогли вас уговорить вернуться в эту лавочку. Сомневаюсь, что они бросят попытки. Но даже если бы этот ваш Проект и не приказал долго жить, для меня толку с него не будет никакого.

— Интересно, и почему же?

— А то вы не знаете, — раздраженно фыркнул Беккер. — Но это не телефонный разговор. Я бы очень просил вас встретиться со мной. Хотя бы в вашем любимом Лихтенштейне. Но если вы сейчас ближе к Мюнхену, то мы бы сэкономили много времени.

— Нет проблем, диктуйте адрес.

Беккер назвал какой-то ресторан.

— Думаю, что смогу быть там через два часа, — сказал я, глядя на карту.

Я смог без проблем открыть портал в Мюнхен, так как был уже там, когда вытаскивал к нам Эмму Брехт. Осталось только поймать такси и доехать до ресторана. Взял с собой Алису и Сидорова просто на всякий случай. Но их усадил за другой столик. Эльзу же я решил ради простой беседы из «отпуска» не выдергивать.

— Слышали, небось, — заявил Макс, едва мы успели поздороваться, — что отношения с Россией у нас испорчены резко, но сильно. Я попросту не смогу гнать караваны в Империю, его не выпустят у нас и не пропустят у вас.

— И вы все-таки хотите, чтобы я нашел способ чистить ваши помойки на вашей территории?

— Именно так. Это возможно?

— Я не буду открывать завод по утилизации в Европе. Или как вы мусоросжигатели называете?

— Да как ни называй. Но что-то вы можете сделать?

— Предлагаю вот что: найдем брошенную шахту. Уверен, что в горах вокруг того же Лихтенштейна таких полно. Да и в Германии найдутся.

— Предположим, — буркнул Макс, не выказывая пока что чрезмерного энтузиазма.

— Скопите там отходов с пяти-десяти цистерн. Я приеду, зачищу.

— Поищу. Может быть не шахта. Есть у меня на примете заброшенный могильник ядерных отходов. Его, кстати, тоже неплохо бы почистить, естественно, не бесплатно.

— Только, раз уж нас так давят зеленые, не оформляйте всю эту историю официально.

— Не учите ученого, Манн. Я давно работаю почти что нелегально.

Я прихватил Буля, который как раз закончил строить маленький домик на берегу Байкала, и отправил его на Марс. Там всучил проект хаба, который включал кроме тонкой магической начинки, а ею я займусь сам, еще и довольно сложное здание.

Ну что ж, мистер Стоун уже познакомился с майаридской архитектурой. По готовым чертежам он вполне способен построить каменную коробку, даже такую непростую.

Вообще, конечно, хаб — дело хлопотное. Кроме собственно порталов, а они одни нуждаются в собственном комплексе, да еще и контроле диспетчера, но я это смогу организовать, нужны гостиницы, рестораны. Да еще требуется приспособить их под нужды разных рас, и даже разных сред обитания. А ведь еще и таможня с охраной не помешают.

Но Лиза не подвела, проект включал техническую базу для всего этого бардака. Вот и пусть пока Буль трудится.

У меня же была запланирована встреча с Брянцевым, генеральным директором АЗЛ. Министр хотел выдернуть его в Москву, но я, подумав лишний раз, убедил его, что нам будет полезно посмотреть на месте, где придется налаживать производственную линию. Так что мы встретились у проходной завода, причем мы с Эммой сидели в представительном альбатросе, а Сидоров с Алисой, которая по-прежнему стремилась стать в каждой бочке затычкой, — в стриже. Естественно, мы не преодолели весь путь от Москвы до Нижнего на машинах, нашли укромное место рядом с трассой, чтобы перенестись туда из Медного Дома.

Дальше начался привычный цирк с конями — разговор с генеральным, а это задача не для слабаков даже в присутствии заместителя министра. Сам Челноков не выбрался, но Вершков, конечно же, прибыл.

Брянцев не удостоил нас личной встречей. У ворот вместо него маячил Бодров. Его я, кстати, даже пожалел: он разрывался. Замминистра положено было встречать хлебом-солью, с дороги отвести в баньку и там ублажить по полной программе. А нас, напротив, держать в статусе назойливых просителей.

Вершков, хотя и немного сожалея, что придется отказаться от баньки, разрубил этот гордиев узел, распорядившись не тратить время зря. Он не сам дошел до этой смелой мысли, я ему подсказал. А Бодров отметил, к кому прислушался замминистра, и погрустнел.