— Да какая разница! — Никки попыталась вырваться, — я не хочу быть далеко от тебя. Мне важен каждый день, ведь неизвестно, что будет завтра.

— Если ты будешь меня слушаться, то шансов быть вместе становится больше, — он наконец выпустил её.

— Но, Алан! — Никки тут же вскочила на ноги и, встав перед ним, попыталась уговорить, — какая разница? Если они узнают, то заберут меня с любого места.

— Старуха же скрывается много лет, и они её не нашли?

— Но… — Никки закусила губу и замолчала.

— Что «но»? Продолжай.

— Бабушка Фарин считает, что её просто оставили в покое. Её лечебный дар не такой и большой, и поэтому её не трогают, но прекрасно знают, где она.

— Не спорь со мной, просто делай, как говорю. Есть вещи, о которых я пока не могу рассказать, но скоро ты всё узнаешь.

— Вот как! — глаза Никки недобро блеснули, а губы сжались в тонкую струну. — Без меня уже всё решили?

— Перестань, — сказал он, притягивая её к себе. — Я буду проводить с тобой каждую ночь. Конечно, если старуха позволит мне это.

— Позволит, куда она денется! — Никки нежно гладила его по волосам, перебирая пальцами тёмные пряди. — Я так боюсь, что больше никогда не увижу тебя, что всё закончится в один миг, и я… — она не договорила, пытаясь сдержать слёзы.

— Дурочка, — Алан повалив её на диван, начал целовать. — Не отдам тебя никому, не плачь.

Утром их разбудил звук подъехавшего автомобиля. Алан открыл глаза и тут же зажмурился. Они уснули на диване. Очнувшись, он понял, что оба лежат совершенно обнажённые и их легко увидеть через открытые окна. Первым делом он схватил пульт и затемнил стекла.

Затем бросил простыню ничего не понимающей Никки и взглядом указал на лестницу. Объяснять не пришлось: закутавшись, она бросилась вверх и вовремя. Буквально через несколько секунд в дверях появился Тимур. Широко зевнув, он уставился на голого Алана, потом перевёл взгляд на валяющуюся на полу одежду и, усмехнулся:

— Пожалуй, мне стоит научиться стучаться.

— Вот-вот, — Алан схватил брюки и начал одеваться.

— Я захватил еду у Тина, но вам стоит поторопиться.

— Сколько времени?

— Уже десять. Нас сменила вторая бригада, и я сразу поехал сюда.

— Кого-нибудь нашли? — поинтересовался Алан, подходя к столу и заглядывая в пакет. Ох, как же он был голоден.

— Нет, всё спокойно. Задержали трое парней из Реуса, но потом отпустили.

— И то хорошо, а то у меня начинается паранойя, — ухмыльнулся Алан, откусывая кусок ещё тёплой булки.

— Не ешь всухомятку, — раздался голос Никки, заставив его вздрогнуть. В какой-то момент он даже подумал, что приехала мама.

— Заботится о тебе, — съехидничал Тимур.

— Ага, и это приятно.

— Вот так они и пролазят в наши суровые мужские сердца.

Никки, подойдя к столу, отняла у Алана пакет и начала хлопотать, накрывая на стол.

— Поешь с нами? — спросил Алан, усаживаясь на стул.

— Конечно, а ещё посплю.

— Тоже с нами? — удивился Алан.

— А можно одному? А то я всю ночь бродил по улицам в поисках непонятно кого.

Посмотрев друг на друга они рассмеялись.

Никки расставила перед ними чашки с кофе и тарелки с едой, а сама она села на стул рядом с Аланом и, взяв свою чашку, начала греть о неё руки.

— Игорь сбежал из дома и ночевал, сидя у подъезда, — улыбнулся Тимур, делая глоток горячего кофе.

— Почему? — удивился Алан, пытаясь прожевать кусок вкуснейшего запечённого мяса.

— Твой отец достал его вопросами, что за сюрприз ты им обещал. Но он держался стойко.

— А сюрприз сидит и боится, — вмешалась Никки.

— Ты боишься? — Алан удивленно поглядел на неё.

— Ага, ещё как. Вдруг я им не понравлюсь?

— Ты им понравишься уже тем, что он собрался жениться, — захохотал Тимур, — а если пообещаешь родить пару внуков, они тебя на руках носить будут. Его мать уже отчаялась, и ты для неё будешь просто подарком.

— Дети? — Никки состроила такое лицо, что Алан с Тимуром рассмеялись.

— Ты против? — поинтересовался Алан, беря чашку с кофе.

— Нет… но… я просто не думала об этом, — рассмеялась Никки.