— Какая сцена, — раздался сзади голос Хлыста.

Алан дёрнулся и, резко выпрямившись, повернулся к двери.

Хлыст стоял, ехидно глядя на него.

— Мы же недавно расстались, или ты уже соскучился? Но кто же так в гости приезжает? Я у тебя дверей не ломал.

Алан вздохнул, меньше всего ему сейчас хотелось видеть Хлыста. А тот не затыкался.

— Жители тут охрану вызвали, говорят, двери ломают, непорядок.

— А ты на каждый вызов лично выезжаешь? — не удержался Алан.

— Нет, только на те, где твой автомобиль стоит.

Алан схватил Никки за руку и попытался вытащить её из комнаты. Но с удивлением заметил, что она упёрлась ногами в пол и сопротивляется.

— Стой! — Хлыст перегородил дорогу. — Что-то ты разошёлся в моём квартале. Помнишь же правила, о которых мне сам недавно напоминал? Если девушка не захочет… — его губы растянулись в улыбке, но глаза оставались серьёзными.

Алан обернулся к Никки и выпустил её руку.

— Ну, мелкая, говори, поедешь с ним или нет? — спросил Хлыст.

Никки молчала, переводя взгляд с него на Алана и обратно.

— Пошли, там поговорим, — Алан снова попытался взять её за руку.

Но Никки отдёрнула её.

— Пойду, если ты скажешь мне!

— Скажу? — сначала он не понял, о чём она говорит, но потом…

Алан ошеломлённо смотрел на неё, едва веря своим ушам. Сердце сжалось, мысли вихрем проносились в голове. Медленно, будто во сне, он перевёл взгляд на Хлыста, стоявшего рядом со своей бесячей усмешкой. В этот момент Алан понял, что это не шутка. Никки поставила ему условие — от него зависело всё.

Если он уступит её требованиям, Хлыст всю жизнь будет насмехаться над ним. Но если он не скажет то, что она хочет услышать, то, скорее всего, потеряет её навсегда.

На несколько мгновений в его груди вспыхнула злость, но, встретив взгляд Никки, он почувствовал, как всё остальное уходит, уступая место спокойствию. Какая разница, что подумает Хлыст или что он скажет? Эти мелочные насмешки ничего не значат перед тем, что он может потерять. Осознав это, он с удивлением почувствовал, как на душе становится легко и спокойно.

Повернувшись к ней, он тихо, но твёрдо спросил:

— Зачем тебе это?

— Я хочу быть уверенной, что не совершаю ошибку, — произнесла она, не сводя с него глаз и поджав губы.

— Я люблю тебя, — спокойно и громко сказал Алан.

За спиной послышались аплодисменты.

— Как порой это сложно сказать, не правда ли? — лицо Хлыста буквально перекосило.

Алан снова схватил Никки за руку и подошёл к двери. На этот раз она не сопротивлялась и послушно шла следом. Хлыст театрально освободил им проход, но когда они уже вышли в подъезд, добавил:

— Хоть спасибо скажи.

Алан остановился, выпрямился и, выпустив руку Никки, осторожно дотронулся до кобуры.

— За что? — не поворачиваясь, спросил он.

Хлыст, заметив его движение, улыбнулся.

— За то, что не тронул её.

— Спасибо, — хриплым голосом ответил Алан и, снова взяв руку Никки, начал спускаться по лестнице.

Они молчали почти всю дорогу. Лишь когда машина пересекла границу Реуса и за окном замелькали первые поля Волчьей Ямы, Никки всхлипнула. Всё пережитое за последние дни отступило, и ей захотелось плакать.

— Что такое? — Алан смотрел на неё взволнованно.

— Я сумку забыла, — ответила она и заревела.

Алан рассмеялся и, припарковав машину на обочине, наклонился и начал её целовать.

Глава 12

Первым делом они отправились домой к Никки, чтобы рассказать всё бабушке и братишке. Упрёки старушки посыпались на обоих, это было неизбежно.

— Бабушка, — Никки кинулась ей на шею.

— Ах ты, негодная! — возопила бабушка, крепко обнимая её. — Мы с Антоном тут все глаза проплакали.

— Я же оставила записку, — попыталась оправдаться Никки.

— Записку она оставила! — бабушка строго поглядела на внучку. — Но не написала ни куда едешь, ни зачем. Что мы должны были думать? Совсем непослушная стала, — вздохнула она, качая головой.

— Да куда я от вас? — Никки попыталась улыбнуться, но бабушка не сдавалась.

— Кто же тебя знает? Вон всякие тут шастают, — она исподлобья глянула на Алана, стоящего рядом.

— Бабушка, это Алан, — представила его Никки, пытаясь смягчить ситуацию.