Вытащив изо рта пластиковую штуковину, я быстро осмотрелся и заметил то, что показалось мне подходящим убежищем — небольшую щель у самого пола. К ней вели алые потёки. Похоже, мне предстояло спрятаться в канализации.

Но больше деваться было некуда. Что ж, лучше оказаться в жидком дерьме живым, чем покрытым хрустящей золотистой корочкой. Я сполз со стола на скользкий от крови пол и направился к спасительной дыре. Господи, как же это было больно! Любое движение отдавалось в теле огненной вспышкой, а необходимость опираться ладонями и коленями была просто пыткой, которой я сам себя истязал.

За моей спиной раздались крики.

— Стреляй! Не дайте ей уйти! Вот сука!

Спецназ устремился в другую сторону, и я смог спокойно забраться в вонючую дыру. Плюхнувшись в какую-то жижу, я растянулся на спине. Тело горело, я едва дышал.

Стало слышно, как возвращаются боевики. Они матерились и бряцали оружием.

Приподнявшись, я наблюдал за ними через щель.

— Ушла! — с досадой сказал один. — Тварь!

Лица солдат скрывали зеркальные забрала.

— Кто знал, что у них припрятаны глайдеры! — отозвался другой. — Разведка это пропустила.

— Да, это не наша вина. Дебилы из команды Линкса должны были получше подготовить операцию. За что им платят деньги вообще? За все эти карты и данные, которые наполовину не соответствуют действительности? Халтурщики сраные!

— Кто-то получит хороший втык.

— Чем они здесь занимались? — спросил самый рослый спец с намалёванными на бронескафе нашивками — должно быть, командир.

Нет, эти парни явно не из полиции. И не из Росгвардии. Кто они вообще такие?!

— Полагаю, как обычно: пытались вывести дампира, — ответил другой, подходя к компьютеру с множеством экранов. — Когда проверим файлы, станет ясно. Хорошо, что они не успели запустить программу самоуничтожения информации.

— Всё скачать! Заберём материалы с собой. Пусть штабные разбираются.

Командир подошёл к столу, на котором я ещё недавно лежал, и уставился на него.

— Здесь кто-нибудь был? — спросил он, зачем-то потрогав стальные браслеты.

Выяснилось, что никто из боевиков меня не заметил: громилы слишком увлеклись истреблением врачей. Если те были врачами, конечно. У меня в этом уже имелись самые серьёзные сомнения.

— Думаю, если б кто был, тут бы и остался, — высказал предположение один из спецов.

— Заканчивайте, — кивнул командир. — А этих говнюков обыщите, — добавил он, имея в виду трупы. — Всё забирайте. Мало ли что обнаружится.

Спустя пару минут солдаты один за другим ушли через дыру в стене, прихватив с компьютера всю информацию.

Я остался один, если не считать компании мертвецов. Израненный, еле живой, не понимающий, что происходит. Складывалось ощущение, что я оказался в какой-то параллельной вселенной. Но, конечно, это бред! Такого просто не бывает.

Хорошо хоть возвращения спецназа, вроде, можно не опасаться. И слава Богу! Встречаться с этими бравыми парнями у меня не было ни малейшего желания.

И надо было найти способ позаботиться о ранах. Не знаю, о какой там шла речь регенерации. Я себя чувствовал так, словно выбрался из пожара. Освежёванным заживо, если уж на то пошло. И не было похоже, чтоб раны мои спешили волшебным образом затянуться.

Я с трудом выполз из канализации. Каждое движение было пыткой. Ничего, солдат, терпи! Главное, что ты жив! Разве не к этому ты стремился?

Изувеченные тела моих мучителей валялись в лужах крови. И от неё исходил сногсшибательный, волнующий аромат! Никогда не замечал, чтобы кровь так пахла. А я её повидал, будьте здрасьте!

От запаха свербило в носу, рот заполнился слюной, а желудок жадно содрогнулся. По телу прошли спазмы. Я вдруг понял, что хочу, мучительно хочу напиться этой крови! При мысли об этом я должен был испытать отвращение, но случилось наоборот: меня наполнило радостное предвкушение!

Вспомнились слова, произнесённые во время эксперимента. Кровь запустила во мне регенерационные процессы. Может, надо попробовать? Но пить кровь мертвецов?! Фу! Подумал я. А мозг ответил: не тяни!

Я подполз к ближайшему трупу, скользя в разлитой по полу крови. Локти, колени, ладони и вообще всё, что касалось кафеля, саднило и горело. Я словно передвигался по раскалённой жаровне.

Женщина сказала «дайте ему нашу кровь». Нашу! Может, всё-таки, стоит поискать ту, которую в меня вливали? Кажется, вон там валяется шланг, через которую она поступала…

Но мои руки сами собой протянулись к ближайшему трупу, вцепились в него и подтащили меня поближе. У убитого зияла в животе дыра, в ней виднелись серые кишки. Выглядело это так, словно кто-то сложил в корзинку большие влажные грибы, полил их клюквенным морсом, а потом пару раз долбанул кувалдой. Ноги у мертвеца ниже колен отсутствовали. Культи почернели от соприкосновения со странными зарядами, которыми стреляли спецназовцы, но осколки костей всё равно белели. Воняло горелым мясом, и не только моим.