Вдруг я услышала, как где-то впереди начали закрываться створки лифта.

— Подождите! — крикнула я, почти не надеясь, что успею. Каждая минута на счету!

Мы свернули направо, где оказался ряд лифтов. Увидев, как одна из кабин ещё не ушла, я ускорила шаг, почти бегом преодолевая последние метры.

— Придержите двери! — выкрикнула, взмахнув рукой.

Мужчина в лифте явно услышал мой крик — в последний момент он вставил руку между створками, и те нехотя разъехались.

— Спасибо вам огромное! — проговорила я, с улыбкой заходя внутрь и втягивая за собой Даньку. — Нам нужен 37 этаж.

— Да не за что, — отозвался мужчина. — Хорошо.

И тут сердце гулко заколотилось в груди, а пальцы, сжимавшие руку сына, похолодели.

Этот голос. Я никогда бы не перепутала его ни с чьим другим.

Я вдруг почувствовала, как страх захватил тело. Стены лифта начали сдавливать меня со всех сторон и захотелось вырваться наружу, но уже не сбежать. В голове вдруг загудело, и я сделала усилие, чтобы не поддаться панике и не начать стучать в двери, в надежде, что они откроются. Прикусив внутреннюю часть щеки, я осмелилась и подняла взгляд, чтобы посмотреть в глаза человеку, предавшему меня.

Он замер, значит, ждет когда я это сделаю. Тимофей в курсе, что его бывшая девушка, сестра лучшего друга находится с ним в одном лифте, и нас разделяют только какие-то жалкие сантиметры.

Наши глаза встретились, но ни у меня, ни у него не хватило сил что-либо произнести.

Прошло пять лет с нашего расставания. Пять лет, с того дня, когда я перестала верить в любовь.

А он изменился.

Ястребов стал другим — более взрослым.

Его широкие плечи теперь кажутся ещё массивнее, чем раньше.

Лицо, с теми же резкими чертами, стало немного угрюмым, как будто пережитые годы оставили свои следы.

Тёмные волосы, которые когда-то небрежно спадали на лоб, теперь стильно подстрижены и добавляют Тимофею мужественности.

Он, как и прежде, красив и источает уверенность и силу. И даже куртка этого дурацкого желтого цвета, делает Ястребова шикарным.

А что он видит во мне? О чем думает в этот самый момент, смотря в мои глаза?

Это не важно.

Наши жизни разошлись, и мы давно — два чужих человека, у которых есть общий ребенок.

Только Тимофей о нем не знает.

Страх пронзил сотнями игл, когда по кабине разлетелся тоненький голосок моего мальчика.

— Дядечка, а что это у вас? — сын вывел меня и Тимофея из оцепенения.

Мгновение — и до меня, наконец, дошло. Ястребов может узнать тайну, которую я скрывала столько лет. Достаточно только посчитать. Да и этого не нужно. Сын очень похож на отца.

— Где? — Ястребов нахмурился, мотнул головой и наклонился. И надо было в этот момент сыну взять и схватить Тимофея за нос?

Я едва успела понять, что происходит, как Данька уже радостно объявил:

— Попался. Сейчас будет слива. Как у Деда Мороза, — и засмеялся.

— Даня, отпусти! — сказала я, сбрасывая руку сына. — Извините, пожалуйста, — пробормотала, резко проталкиваясь к выходу, ощущая, как сердце бешено колотиться, а руки дрожат.

На мою радость, лифт остановился, двери разъехались, и мы с Даней выскочила наружу.

Я сделала глубокий вдох, чтобы прийти в норму и успокоиться. Нет, он не догадался. Ястребов ничего не понял.

Правда, ведь?

— Даня, как тебе не стыдно? Больше так не делай. Ясно? — отругала сына за шалость. Он у меня еще тот шутник и забияка, но надо было проделать такое с собственным отцом. Хоть и не зная этого.

Господи, надо быстро отдать заказ и валить отсюда, пока мы снова не встретились с Тимофеем.

— Прости, — проговорил Данька виновато. — Он просто так смотрел на тебя. Будто не рад, что мы в лифт вместе с ним зашли, — протянул сын, кусая губы.

— Может, и не рад, — выдавила я из себя, стараясь не показывать эмоций.

Поплачу дома, когда останусь одна. Слез и воспоминаний не избежать, как бы мне не хотелось наконец-то отпустить Ястребова. Его предательство. Ту любовь к мужчине, незаслуживающего ее, у меня не получается это сделать.

Мои раны никогда не заживут.

Остановившись перед нужной дверью, я нажала на звонок.

— Я очень рад, — вдруг раздался низкий голос у меня за спиной. — Рад, что вновь встретил тебя, Настя.

Я повернула голову, чтобы посмотреть на Ястребова, и он оказался близко. Слишком близко ко мне.