Вошла служанка, просеменила по соломенному полу, склонилась перед государем, передала записку.

— От госпожи.

Иэясу прочитал, невеличественно хихикнул.

— За мной шпионят, — пожаловался он. — Моей О-Нацу донесли, что ко мне явился Андзин. «Приведите круглоглазого немедленно, — пишет она. — Я решила изучать тиригаку, и у меня есть вопрос». Глупышка действительно вдруг заинтересовалась вашей наукой же-о-гра-фuя, — с удовольствием выговорил Иэясу звучное португальское слово. — Извивы женского любопытства непредсказуемы. Идемте же, пока она не рассердилась.

Поднялся, взял на руки кота. Слуга подлетел сзади, расправил смявшиеся полы простого кимоно.

Любимая наложница государя О-Нацу состояла при государе уже много лет. Он никогда с ней надолго не расставался. «Тэнка повинуется Господину, а Господин повинуется Госпоже», — говорили при дворе. В государственные дела фаворитка, правда, не вмешивалась. Любила цветы, сладости, красивые наряды и музыку. Ее внезапный интерес к географии — большая удача. Вильям обрадовался. Если сразу убедить государя не удастся, можно будет попробовать через О-Нацу. Тем более что ее старший брат Фудзихиро Хасэгава — губернатор Нагасаки, назначенный на эту выгоднейшую должность по протекции сестры. Без активной помощи губернатора там, на месте, не обойтись.

Пока шли длинной галереей в покои госпожи, разговор про важное продолжался.

— Если я покараю обманщика и захвачу «черный корабль», южные варвары перестанут привозить китайский шелк, — озабоченно сказал Иэясу. — Меня возненавидят все благородные дамы державы и настроят против меня своих мужей. Истинная власть во всяком доме принадлежит женщинам, уж мне ли этого не знать.

Тон был шутлив, а лицо серьезное. Без китайской торговли остановится ткацкая промышленность и разорятся многие купеческие дома.

Но у Вильяма был готов ответ.

— Теперь, с появлением голландцев, всё переменилось, государь. Они заменят вам португальцев. Будут привозить и китайский шелк, и пряности из Малакки, и многое другое. Притом на более выгодных условиях, я с ними договорюсь. Вы только выиграете.

— Хм, интересно… — Иэясу остановился перед раздвижной дверью, на которой были нарисованы осенние листья. — Но мы пришли. Продолжим после.

И выругался:

— Тикусё! Тварь!

Это Сиро царапнул его лапой и спрыгнул на пол. Заходить к госпоже О-Нацу кот не пожелал. У любимого кота и любимой наложницы были сложные взаимоотношения.

— Наконец-то! Входите же скорей! — раздался изнутри нетерпеливый голос. — Я хочу проверить, не преувеличивает ли Цудзи-сан величие своей державы!

Начавший было кланяться Вильям с изумлением поднял голову.

Круглолицая, румяная, по японским меркам очень крупная матрона показывала на большую карту мира, разложенную на полу. Но Вильяма поразила не карта, а то что рядом согнулся тонзурой до татами Жоао Родригес!

— А, это ты, — буркнул Иэясу, кажется, тоже удивленный.

Прокуратор выпрямился.

— Вызван по милости госпожи показать ей устройство мира.

На Вильяма иезуит не взглянул.

— Вы только поглядите сюда! — воскликнула О-Нацу. — Смотрите, какая крошечная Япония! Вот она, желтого цвета. А всё красное — и здесь, и здесь, и здесь, и здесь, и здесь — это земли, принадлежащие королю южных варваров! Они, оказывается, не только южные, они повсюду! Скажите, Андзин-сан, неужели это правда? Не могу поверить!

Вильям приблизился, посмотрел. Владения испано-португальского короля Филиппа III: Иберийский полуостров, Фландрия, Италия, Северная и Южная Америка, Индия, куски Африки, многочисленные океанские острова алели по всей карте.

— Если Цудзи меня обманывает, накажите его, господин, чтоб не вводил в заблуждение доверчивую женщину! Буду учиться науке тиригаку у Андзина!

— Всё верно, госпожа. Карта правильная, — хмуро молвил Вильям, уже чувствуя, что дело принимает скверный оборот. Родригес появился здесь именно сейчас неспроста.

— А где здесь ваша страна? И где страна Оранда, послы которой недавно у нас побывали? — спросила О-Нацу. Что за искорки блеснули в ее простодушно распахнутых глазах? Любопытство или нечто иное?

— Вот Англия, зеленая, а вот здесь Голландия, она оранжевая, — показал Вильям кончиком пальца на два малюсеньких пятнышка.

И всё ему стало понятно. Это засада. Узнав о том, что англичанин добился аудиенции у государя, иезуит нанес упреждающий удар. Но как, как ему удалось склонить на свою сторону фаворитку?!

Токугава нахмурился, глядя на карту. Ход его мыслей был очевиден.

— Ну всё. Идите, идите, не мешайте, — махнула пухлой рукой О-Нацу. — Я только хотела проверить, не рассказывает ли он сказки. Как удивительно устроен мир! Я хочу всё про него знать! Особенно про твою родину, Цудзи-сан, раз она такая большущая.