Не буду на этом зацикливаться.

Даже если и нет. Мужчины не такие сентиментальные и романтичные. Вполне достаточно того, что он каждый день по сто раз говорит мне, что любит.

И пишет. И сердечки шлет.

В самом деле, не стоит быть такой привередливой.

Но когда в замке проворачивается ключ, мое сердце подпрыгивает и начинает прыгать по грудной клетке как теннисный мячик.

Выбегаю навстречу мужу и вижу, как в дом вплывает огромный букет белых роз.

Сердце перестает прыгать, оно лишь беспомощно трепыхается.

Для Андрея это тоже праздник! Он тоже меня поздравляет с неделей супружеской жизни.

Муж не успевает опустить букет, а я уже бросаюсь ему на шею. Прыгаю, обвиваю руками, повисаю.

— Поздравляю с неделей брака! — шепчу на ухо.

Он находит мои губы.

— И я тебя поздравляю, моя любимая жена!

Букет летит на пол, а вслед за ним и наша одежда. Сначала Андрей раздевает меня, потом мы вместе раздеваем его.

Мы при этом не перестаем целоваться. Андрей толкает меня к стене, выдвигает ящик, достает презерватив. Я начала пить противозачаточные таблетки, но пока что он перестраховывается.

Мы с ним договорились, что пока я буду учиться, с детьми подождем. Хотя он не против.

— У всех вокруг по двое, так что как только ты будешь готова, сразу говори, — сказал мой муж.

Обожаю его.

Андрей одним движением раскатывает презерватив и поднимает меня за бедра. Разводит широко колени и входит, удерживая меня на весу.

Мне не дает выгнуться стена, в которую я упираюсь спиной. Но я могу обхватить руками голову мужа и направлять его губы куда мне хочется.

А мне хочется везде...

Особенно когда он вбивается в меня своим твердым поршнем, выбивая хрипы и стоны. Держит на весу, зафиксировав бедра, и конечно, я кончаю первой.

Сокращаюсь на его члене, извиваюсь, стону, повторяя его имя. Он целует мое лицо, виски, волосы.

Когда первые волны оргазма стихают, обхватываю ладонями лицо мужа.

— Андрей, — дышу часто, судорожно сжимаю внутри твердый большой орган мужа, — Андрей, я тебя...

— Что? — он выходит и ударяется бедрами, пришпиливая меня к стене.

— Очень...

Снова выходит и толкается на всю длину. Собираюсь с духом.

— Люблю...

Мужчина во мне замирает. Рвано дышит. Сдавливает бедра обеими руками.

— Правда, Вивиана?

Воздуха не хватает, и я киваю.

Андрей мощно кончает в несколько толчков. При этом вгоняет член так глубоко, что я боюсь, как бы он не пробил мне горло.

После душа он не разрешает мне одеться, и наш праздничный ужин проходит в такой вот интимной обстановке — мы оба абсолютно голые, на Андрее только подаренный мною галстук.

Еще мне пришлось поставить цветы в таз, у нас не нашлось такой большой вазы.

— А теперь мой подарок для тебя, Вивиана, — говорит мой голый муж и встает на одно колено. С учетом того, что у него снова эрекция, смотрится это немного угрожающе.

Он хлопает себя по бедрам, вспоминает, что он даже без трусов, и идет за штанами. Достает из кармана две бархатные коробочки.

— Моя милая жена, я хочу, чтобы ты знала, что наш брак для меня самый настоящий, и клятвы тоже самые правдивые и настоящие. Поэтому я попросил дона Феликса, чтобы тот помог мне выкупить у часовни наши венчальные кольца. Феликс сам их выкупил и попросил передать нам в качестве свадебного подарка. А это мой подарок, от меня...

В первом футляре лежат обручальные кольца с экспозиции, которыми мы обменивались с Андреем перед алтарем. У меня захватывает дух от того, что теперь они стали нашими.

А во втором футляре...

Я его сразу узнала. Это мое помолвочное колечко. Только теперь застежки нет совсем, кольца спаяны между собой в одно, а вместо застежки один крупный бриллиант.

Но все равно это моя узнаваемая запонка. То кольцо, которое Андрей надел на мой палец в отеле.

Андрей смотрит на меня, и в его взгляде сквозит тревожное ожидание.

— Тебе нравится?

— Конечно! Оно стало еще красивее, — протягиваю руку. — Надень.

Он надевает кольцо, и я оказываюсь опрокинутой на мягкий пушистый ковер.

— Так я заслужил благодарность у своей жены? — мой муж уже лежит сверху, его эрекция вдавливается в мой живот.

— Ты поэтому сказал, чтобы я не одевалась, да? — спрашиваю его.

— Да, я собираюсь сегодняшний вечер провести в тебе, аморе мио, — скалится он и уточняет. — У тебя есть возражения?

— Ни одного, моя любовь. Ни одного.