Мутапсы почуяли неладное, когда я уложил еще пятерых из них, и у меня осталось три стрелы. Лай тут же прекратился, как и беготня, твари начали оглядываться по сторонам, и глухо рычать. Мне бы в этот момент затаиться, но увы — действие навыка быстро заканчивалось, поэтому я сделал ещё три ваншота по замершим целям, про себя порадовавшись, что так и остался незамеченным. А дальше…

Десять секунд невидимости, и пять тварей, мечущихся по сараю. Последовать примеру кошки и укрыться наверху? Ага, отличный способ застрять здесь на неопределённое время. Использовать пистолет? Чтобы сюда со всей округи сбежались остальные мутанты? Нет уж, у меня при себе нет минигана с бесконечными патронами, как в детской игре в войнушку. Так что трофейный ПМ — оружие последнего шанса. Прям вот совсем последнего.

Я сам не понял, как нацепил арбалет на гвоздь, торчащий из балки над головой, и вытащил заткнутый за ремень топор. Эх, лучше ужасный конец, чем ужас без конца. Чёрт, это ж как раз про меня! Вот только топор — неподходящее оружие. Лучше взять вон те вилы с прямыми зубьями, что так вызывающе торчат вверх, расположившись у стены. Два шага до них, если спуститься по переднему колесу. Но для начала немного уравняем шансы.

Топоры я последний раз метал в мишень лет двадцать назад. Тогда у нас с пацанами неплохо получалось, так почему бы и в этот раз не выдать хороший результат? Главное, чтобы оборотов поменьше при броске.

Топор сорвался в полёт, и секундой позже вонзился углом лезвия в затылок мутапсины. Та коротко вякнула, и распласталась на земляном полу. Остальные твари тут же метнулись на звук своей товарки, ну а я, прикрываясь трактором, рванул в противоположную сторону. Миг, и вилы у меня в левой руке. Еще миг, и штыковая, остро отточенная лопата — в правой. И именно в этот момент закончилось действие «невидимки».

Лопату я использовал, как копьё, ударив из-за трактора прямо в бочину мутанту. Неожиданно для себя острая кромка глубоко воткнулась в плоть, и застряла там. Минус один мутапёс, осталось три. Ага, вот еще одна зверюга, уже раззявила свою пасть, и прёт на меня.

Тварь налетела на вовремя подставленные вилы, один из центральных зубьев которых вошёл точно в глотку. От толчка я с трудом удержал своё оружие в руках, и если бы не стена позади, свалился б на пол.

Разум машинально отметил — осталось две твари. Одна — вот она, выскочила из-за трактора, и уставилась на меня, буравя взглядом кровавых глаз. Это в миг отрезвило, и я зашевелился — рывком освободил вилы, выставив их перед собой.

— Ну! Давай, сука! Нападай!

И мутапёс напал. Причём не тот, что пристально смотрел на меня, а второй, совершенно неожиданно для меня сиганувший через трактор. Уж не знаю, как он смог, но вышло у него весьма удачно. Не для меня.

Я как раз попытался пырнуть тварь, стоявшую передо мной и скалящуюся здоровенными слюнявыми клыками, и в этот момент на меня сверху обрушилась туша, в которой было килограммов восемьдесят, не меньше.

Мы с мутантом кубарем покатились по полу, сшибая стоящие тут же ведра, и прочий инвентарь. Разумеется, вилы я потерял в первую же секунду атаки, полностью переключившись на защиту себя любимого от зубастой крокодильей пасти, из которой несло, как со скотомогильника.

В какой-то момент мне удалось ухватить тварь за глотку, жаль только, что правой рукой, и я потянулся к ножнам на поясе, или к пистолету — сейчас было уже плевать, насколько я нашумлю. Главное — выжить.

Увы, до ПМа дотянуться не удалось, а вот до ножа смог. Выхватив клинок из ножен, я нанёс сразу несколько ударов из неудобного положения, метя в брюхо мутопсу. Противник взвизгнул, и заскулил, попытался отпрянуть. Мне бы, идиоту, отшвырнуть подранка, но в этот момент я действовал на чистых рефлексах — защищал от зубастой пасти свою тушку, мертвой хваткой удерживая горло противника. И пропустил атаку другой твари, которая попыталась решить дело одним укусом — за шею. Мою, разумеется.

Лишь каким-то неведомым чудом успел подставить локоть, в который и впились острые, как иглы, зубищи мутапса. Кожаная куртка помогла лишь частично, но и так от боли у меня аж потемнело в глазах. Однако в этот же момент моё сознание очистилось от какой-то наведенной пелены. Словно наваждение спало. Что я, мать его, творю??? Зачем полез вниз? Идиот! Единицы разумности ВОССТАНАВЛИВАЮТСЯ!!!

Перехватив нож поудобнее, вогнал лезвие туда, где предположительно находится жизненно важный орган твари, и провернул лезвие. Затем попытался оттолкнуть обмякшее порождение Системы, чтобы заняться другим мутапсом, вцепившимся в меня, и уже начавшем трепать руку, подбираясь к моему горлу.

Однако в этот момент случилось непоправимое — убитая мной тварь, обмякнув, навалилась всем своим весом, блокируя оружную руку. Пришло понимание — это конец. Так как последний противник, перехватывая зубами мое многострадальное плечо, уверенно подбирается к шее.

И именно в этот момент в бой вмешалась третья сила…

Серо-белая молния слетела откуда-то сверху прямиком на морду мутопса. Сверкнули блестящие росчерки маленьких когтей, в разные стороны брызнула кровь, и тварь, взвыв дурниной, прекратила терзать мою руку, переключившись на новую напасть.

Получив свободу, я поднапрягся, и сбросил с себя тушу дохлого мутанта, после чего вскочил на ноги. Вовремя! Моя спасительница — та самая кошка, уже отскочила от пришедшей в себя мутопсины, и вновь запрыгнула на верстак, откуда угрожающе шипела, хлеща себя по бокам распушившимся хвостом.