Горькие слезы хлынули из круглых глаз полуобнаженной гоблинши полноводной рекой. Ее плечи сильно вздрагивали, всхлипывания и завывания усиливались с каждой секундой, пробуждая во мне чувство горечи, сожаления и почему-то вины.

— Я ведь не шмара какая-то! Я ведь не потаскуха! — давясь слезами, продолжала Гайка. — Я ведь всего лишь хочу любви!

Ёлки-моталки… Вот это попал ты, Андрей Степанович. И как теперь выбираться из этого будешь? Неужели оставишь бедную девушку наедине со своей проблемой? А если нет, то что тогда? Какова цена ее утешения? Какова цена тебя, как мужчины? Когда рядом с тобой есть та, что нуждается в твоей помощи… В помощи, которую ты имеешь возможность ей оказать. Всего-то нужно переступить через свои моральные принципы и внешние предрассудки… Тьфу ты, мать твою! И что же мне теперь делать?

Усевшись рядом с плачущей гоблиншей, я легонько подвинул ее к себе, усадил на колени словно малого дитя и тихонько обнял.

— Послушай, Гаечка. — начал говорить я максимально успокаивающим тоном. — Я ведь не тот принц на белом коне, который тебе нужен. И уж тем более не тот, кто сможет подарить тебе ласку и честную, неподдельную любовь. Пойми, жизнь она намного сложнее, как собственно и отношения между мужчиной и женщиной. Не все измеряется в телесных утехах и сексуальном удовлетворении. Хотя это тоже играет свою немалую роль, но все же. Любовь, влюбленность и прочие связанные с этим вещи, они словно множество частей одного пазла. Сложены воедино, и ты любуешься прекрасной картиной. Но убери всего лишь одну деталь и картинка станет уже совсем не той, что была раньше. Я ведь уже совсем немолод и знаю, о чем говорю. У меня ведь той жизни осталась жена и дочь. До недавних пор мне казалось, будто без них моя жизнь не имеет смысла. Я любил их, я отдавал им все, что только мог, но в ответ получил нож в спину. Меня выгнали на улицу, словно бродячего пса. Растоптали все мои чувства, уничтожили все, что я строил почти половину своей реальной жизни. Это и есть настоящая жизнь. И любовь в ней, не всегда похожа на ту, что описывают в красивых сказках для девочек и наивных дурочек в розовых очках.

Запнувшись на последних словах, я посмотрел на прижавшуюся ко мне Гайку. Девушка уткнулась своим острым носиком в мою обнаженную грудь и тихонько посапывала. Будто бы и не было никаких слез, никакой истерики и никаких непотребств. Устроенных явно не по собственному желанию гоблинши, а по причине чрезмерного употребления алкоголя в компании бородатой дворфийки. Ах-хах-хах, это мне еще повезло, что они обе не ввалились в мою комнату. Боюсь, что в этом случае, я бы не смог отделаться настолько легко.

Аккуратно уложив Гайку на кровать, я осторожно укрыл ее одеялом, а сам уселся в кресло у окна, гордо заявляя своему внутреннему голосу:

— Ну вот, а ты говорил, что всего лишь нужно переступить через свои моральные принципы. Нет, дружок. Принципы, они на то и принципы. И какова бы ни была ситуация, переступают через них либо лицемеры, либо трусы. Ни тем, ни другим я себя не считаю.

К тому времени, как члены нашей команды начали появляться в онлайне, я уже успел позавтракать, размяться на тренировочной площадке,поболтать немного с Тимеей и извинится перед ней за свою вчерашнюю выходку.

Погода на улице стояла отличная. Легкий ветерок нес прохладный горный воздух, восходящее солнце дарило немного тепла, а неизвестные мне певчие птицы, что вили свои гнезда в замковом саду, насыщали атмосферу вокруг своим приятным замысловатым пением.

Черт! Как же прекрасен все таки этот мир. И плевать, что он всего лишь набор цифр и строк программного кода. Я и сам теперь не сильно то могу похвастаться чем-то иным. Нет, наоборот. Я такой же виртуальный, как все, что меня окружает. И стоит ли говорить о том, что иной жизни я для себя теперь и не желаю вовсе. Мне все здесь нравится. И этот мир теперь мой дом, а я, всего лишь часть этого мира.

— Скуф! — привлек мое внимание Мегрел, направляясь ко мне с весьма недобрым выражением лица. — Я же кажется сказал, что вам нужно отоспаться, как следует! Я же специально заострил внимание на тебе и настоял на том, чтобы ты отдохнул перед сегодняшним походом!

— Так я и отдохнул. — не дав ему договорить, выпалил я наперекор. — Просто я привык спать всего лишь по паре часов в сутки.

Уставившись на меня недоверчивым взглядом, дворф закурил горлодерку от кострища и громко схаркнув попавший в рот псевдотабак, заявил:

— Мои доверенные люди наблюдали за тобой всю ночь! Говорят, что ты ни на минуту не выходил из игры! Как ты это объяснишь? Неужели скажешь, что они меня обманывают, а ты весь такой белый пушистый, сегодня ночевал в оффлайне?

— Тебя и вправду обманули, Мон шер. — изображая французский акцент, промурлыкала, не пойми откуда взявшаяся Тимея. — Скуф действительно немного задержался, чтобы со мной побеседовать. Но затем, я лично проконтролировала, чтобы он отправился отдыхать в оффлайн. Так что твои “доверенные люди” либо чего-то напутали, либо просто-напросто сами проспали всю ночь.

Не ожидав от дворфийки такого прикрытия, я с удивлением посмотрел на нее, на что в ответ получил лишь весьма неоднозначное подмигивание с ее стороны. Та-а-к, а вот это уже интересно. С чего бы Тимее меня покрывать? Неужели Дрейн все же рассказал ей о нашей беседе? Вполне возможно конечно. Но даже если так, то в чем ее мотив? Тьфу ты! Опять непонятки! Как же надоело шифроваться и шугаться от каждого неудобного вопроса!

— Кстати, Скуф. — выдернула меня из раздумий дворфийка. — После того, как вы вернетесь из данжеона, не забудь заглянуть ко мне. Нам нужно обсудить с тобой кое-какие моменты.