Я не стал их убивать не из-за того, что пожалел, дело совсем не в жалости. Шёл сюда именно убивать и каких-то душевных терзаний после этого даже не испытывал бы. Видел, как эти «слабые» женщины пытали людей и радостно хохотали, для них это весело. И меня они захватили не ради того, чтобы договориться, а для того, чтобы сделать своим слугой, выбив клятву с помощью пыток. Сразу же попытались это сделать, правда, ничего у них толком не вышло, зато изрядно прошлись руками и ногами по моей потерявшей сознание тушке. Нам нужны пленные для обмена, только поэтому я сохранил им жизни. Если бы военная удача была не на нашей стороне, то перед уходом убил бы всех, до кого только смог дотянуться.

Стилайя хоть и лежала на земле, но была в сознании, даже попыталась подняться, чтобы кинуться на меня. Получив увесистый удар, она всё же затихла, тут подоспел Саир с ошейником, блокирующим магию. Да, у лесовиков они тоже имелись и во время таких схваток они брали их с собой, а вдруг вот так повезёт.

Пришлось мне спешно помогать воительницам, которые валялись на земле, развеивая своё же заклинание. Их тоже начали скручивать и утаскивать в лес, идти сами они не могли. Бой уже полностью закончился, поле осталось за нами. Сейчас лесовики деловито добивали раненых, которые точно умрут, снимали с пленных и убитых доспехи, собирали оружие. Конница воительниц стояла не так далеко, но чтобы не увеличивать потери, атаковать они не решались, просто бессильно наблюдали.

Магесса крови совместно с Гагиелом могла задавить даже трёх магов, могла, но не сделала, а всё дело в строптивом пленнике. Он выполнял приказ, но ей было понятно, что на корабле во время захвата он действовал более изобретательно, а тут совсем не старался, хотя исправно бил по лесовикам магией. Силы у неё закончились быстрее, пришлось отступить, но сейчас она оценила, как битва складывалась в целом. И увиденная картина её совсем не порадовала.

В одном месте вроде бы наметился успех, можно было его развить, отправив туда всадников. Но и тут не повезло, объявился ещё один одарённый лесовик, быстро прикончив соперницу из воительниц, её разорвало на части, а после резво проредил набегающих воительниц. Где-то уже началась яростная схватка, сошлись в ближнем бою, но в целом было уже понятно, что битва проиграна, сказалось преимущество в магах. Гагиелу она приказала держаться до последнего, надоел он ей, пусть хоть сдохнет с пользой.

— Госпожа, — к магессе подошла её старшая дочь и наследница. — Прикажите дать команду к отступлению?

— Да, — кивнула одарённая и сгорбилась в седле, как будто из неё вытянули стержень. — Командуй, мне нужно отдохнуть. Кстати, где Стилайя?

— Она или убита, или в плену, — угрюмо ответила наследница.

Несмотря на всю свою строгость и надменность, магесса крови очень любила Стилайю. Да и как может быть иначе, если сама с детства её нянчила и воспитывала, делала всё, чтобы она стала сильной одарённой, ничего для неё не жалела и постоянно баловала. Вместо того чтобы идти отдыхать, она поскакала смотреть, как обстоят дела у внучки. Она заметила Стилайю вдалеке, а рядом с ней стоял одарённый, увидев которого, магесса не поверила своим глазам. Ей уже было известно, что Тобиас находится где-то у лесовиков, но никак не ожидала, что он будет участвовать в битве против её кочевья. Слухи о том, что у лесовиков появилось зачарованное оружие, распространялись быстро.

— Людей на переговоры сейчас отправим? — Уточнила наследница.

— Нет, завтра, — покачала головой магесса.

Злость у неё пропала, совсем не вовремя вспомнила о том, что даже жрецы, живущие в степях, уговаривали её не нападать на странного одарённого, потому что это опасно. Зря их не послушала, сколько бед принесла кочевью её жадность, и всё из-за этого сопляка.

— У нас не хватит дикарей, чтобы обменять всех взятых в плен воительниц, — вздохнула наследница, обмен всегда происходил один к одному.

— Попробуем договориться, а если не получится, то сами выберем того, кто нам больше нужен.

Устал я очень сильно и дело даже не в том, что почти полностью израсходовал магический резерв. Бой вроде бы длился недолго, а раненых было слишком много. Конечно, как только воительницы отступили, тут же примчались травники, которые имелись почти в каждом поселении. Беда лишь в том, что далеко не все раны можно было излечить простым способом. На раненых воительниц даже не обращал внимания, а тех, кто был тяжело ранен, добивали. Вот своих всех пытались вытаскивать до последнего. Помог одной группе, так ко мне стали прибегать и чуть ли не силой тащили к другой, вместе их никто не собирал.

Только когда оказал помощь всем, удалось сходить и посмотреть на пленных в надежде, что среди них был Гагиел. Так оно и оказалось, маг на самом деле был жив, его пленили и отношение к нему было скверным. Когда я подходил, один из лесовиков ударил его по лицу, сбивая с ног.

Вроде бы совсем недавно я вышел из серьёзного боя. На поле остались изувеченные тела с этой и с другой стороны, трупы с кишками наружу, сожжённые, разорванные на куски, но почему-то именно созерцание своего наставника впечатлило меня больше всего. Его избивали не ради забавы, просто он постоянно пытался подняться, несмотря на то, что его руки и ноги были связанными.

— Мне нужно к госпоже, нужно к своей госпоже, — твердил старик как какое-то заклинание и раз за разом поднимался, получал удар и падал на землю.

— Хватит его бить, — остановил я лесовика, который вознамерился ударить одарённого в очередной раз.

— Я просто ему говорю, чтобы лежал на месте, — вздохнул лесовик. — Похоже, совсем из ума выжил после боя.

— Наставник, ты меня слышишь? — Я подошёл к магу и заглянул ему в глаза. Они были какими-то мутными.

Я прошёлся по нему целебным заклинанием, но только избавил от боли. Как мне показалось, он даже не соображал, что происходит вокруг. Неужели эта тварь приказала ему вернуться сразу же после боя, и это так действует клятва верности? И вот такую клятву хотели взять с меня, уверяя, как мне после этого станет хорошо жить? Возможно, она так сделала, чтобы он точно не вырвался, всякое бывает, а вдруг живым останется и лесовики его отпустят.