Так… Последнее что я помню, как этот Пёс, будь он не ладен, сбросил меня с собой в яму, я ударился так, что мама не горюй, потерял штуцер, но мне повезло и пистолет остался при мне, после чего я просто стрелял в него в упор. Несколько выстрелов такими снарядами должны были контузить и оглушить его. После Фёдор поднял нас вместе с этим жутким зверем и немец добил его ритуальным клинком. Значит зеркало духов готово. Хорошо. А я просто отключился.

Судя по тому, что я лежу в кровати на чистых простынях меня принесли в деревню. На голове повязка, на руках, пояснице и груди тоже несколько повязок. Сильно меня отделала это собачка, очень сильно. Рядом с кроватью стоит капельница из которой мне в кровь поступает питательный раствор. Неплохо. Сколько я здесь уже лежу? Нужно быстрее бежать к Майеру, пускай показывает что смог сделать. След Милославской я потерял, Арзет — тоже. Берг-Дичевской условно нашёл, но по рассказам Майера там куча рукавов-речушек и неизвестно, куда Анна могла свернуть.

Одежда лежала тут же постиранная и отглаженная. Трусы на мне. Слава богу сухие и чистые — о встречи с той образиной было впору обделаться. Только как быть с капельницей? Я аккуратно одел свои штаны, носки, потом майку и стал натягивать рубашку.

— Проснулся Константин? — в дверях показалась Елена Максимовна. — Ну и слава богу. Подожди, сейчас капельницу выдерну.

— Уф, спасибо, — кивнул я. — Что произошло Елена Максимовна?

— Ну, — картинно задумалась целительница. — Ты получал пилюли, порошки, уколы, таблетки, но не смотря на все усилия врачей — выжил.

Я расхохотался весёлой шутке, целительница посмеялась вместе со мной.

— Несколько трещин в костях, сильный ушиб мышечных тканей и сотрясение, — сказала она. — Очень хорошо, что ты сделал что-то вроде «железного панциря», поэтому и повреждения были не такие страшные. Судя по активности клеток Лебена восстановление шло очень хорошо, правда пришлось тебя усыпить, чтобы ты не сорвался с места.

Нехорошее предчувствие шевельнулось в груди.

— Сколько я спал? — спросил я.

— Трое суток, — ответила целительница.

— Трое суток?! — я аж подскочил. — Зачем?!

— Чтобы организм окреп и восстановился. — пожала плечами целительница. — Хотя ходить уже можно сейчас, до полной реабилитации тебе ещё нужна неделя. Если бы я тебя не усыпила, то ты бы подскочил на следующий день и всё лечение пошло бы прахом.

Я только выдохнул — как не крути, а она права.

— Спасибо, — только и кивнул я. — Елена Максимовна, что я вам должен за помощь?

— Эти двое дураков уже расплатились, — кивнула она. — Сами целые пришли, а тебя приволокли вместе с трофеями. Обоих бы убила. Что Федя осёл, что Петька. Вроде и взрослые мужики, но ума нет у обоих. Обоих бы и убила.

— Какой ещё Петька? — не понял я.

— Да Майер, — отмахнулась Елена. — По-нашему он всё одно Пётр. Что Петя — решил себе игрушек достать, чернокнижник недоделанный, что Федя — поразвлечься хотел. Хорошо хоть тоже полезли в огонь каштаны таскать.

— Спасибо, — кивнул я. — Я обязательно отблагодарю вас чуть позже.

В ответ на мои слова женщина рассмеялась:

— Давно молодые люди не говорили мне таких вещей.

Я покраснел поняв двусмысленность ситуации.

— Я не это имел ввиду, — ещё больше покраснел я.

— Да я поняла. — улыбнулась та. — Или подожди, ты хочешь сказать, что я уже старая и неинтересная?

Я покраснел ещё больше. Гхм… Ни в коем случае нельзя говорить женщине, что она старая. А тем более, если она не старая. А Елена старше меня всего лет на десять, или меньше. Но кхм… Поняв, что она банально дурачится я краснея как рак, предпочёл сбивчиво что-то ответить и ретироваться.

Фух… давно меня дамы не тролили. Даже забыл, каково это. Всё — теперь прямиком к Майеру.

В его лаборатории я оказался в мгновение ока. Выглядел он донельзя довольным — как кот, сожравший сметаны.

— Вижу вы просто светитесь от счастья, — решил дать возможность ему похвастаться сказал я.

— Так и есть, — ответил немец. — Это были очень хорошие экземпляры Константин. Очень хорошие, которые дали хорошие результаты. Плюс ваш совет пришёлся очень кстати — я вернулся с Фёдором к трупу с фотоаппаратом и сделал кучу снимков. Вы были правы — эта статья имела самый крупный успех. И самое главное.

Он сделал эффектную паузу.

— Зеркало готово.

— Это замечательная новость, — кивнул я. — Приступим?

— Сейчас, — Майер достал треногу. — Это ленточная камера. Я могу делать двадцать четыре кадра в секунду. Вы положите предмет на зеркало, а потом я начну снимать всё, что оно показывает. Потом мы сможем проявить плёнку и даже сделать фотографии, которые позволят определить, где искать.

Петер повесил на стену зеркало, где теперь светились сразу три символа, поставил напротив камеру, а затем сказал: