— У твоего генерала любовница!
У меня буквально отпадает челюсть куда-то вниз, к недопитому латте с ароматной пенкой, и впору вернуть ее рукой в привычное положение.
— Это что, шутка такая дурацкая? Первоапрельская? — выдыхаю я растерянно.
— Нет. Я видела вчера твоего генерала с фитоняшкой. Она такая… — подруга закатывает глаза и начинает перечислять, — стройная, подтянутая, волосы ухоженные, длинные, аж переливаются, и смотрит на него, как на… Ну ты поняла.
— Не поняла.
— Ну как кот на сметану, — выдает она и, наклоняясь ко мне, заговорщически добавляет. — Чтобы муж не ушел, тебе срочно нужно приводить себя в форму. К тому же скоро весна, не повредит. Ты после вторых родов заметно…
— Поправилась?! — заканчиваю я за нее.
— Я не хотела тебя обидеть, Люб, но ты сама посмотри на себя в зеркало. Не как обычно, впопыхах, а внимательно, с толком да с расстановкой…
— А чего смотреть?! Я всегда была аппетитной, — перебиваю я. — И Самойлов любит меня такой. Не всем нравится глодать кос
1 глава
— У твоего генерала любовница!
У меня буквально отпадает челюсть куда-то вниз, к недопитому латте с ароматной пенкой, и впору вернуть ее рукой в привычное положение.
Смотрю на Ленку — приятельницу, с которой часто последнее время провожу время в силу общих интересов — у меня и у нее с разницей в несколько недель родились дочки, и нас затянул бесконечный молочно-простудный диалог.
— Это что, шутка такая дурацкая? Первоапрельская? — выдыхаю я растерянно.
Ленка отрицательно качает головой и смотрит на меня своими огромными глазищами, в которых плещется такое сочувствие, что у меня все внутри холодеет.
— Лен, актриса ты шикарная, но говори по-хорошему, что это шутка! — рычу на нее я.
— Нет. Я видела вчера твоего генерала с фитоняшкой. Она такая… — подруга закатывает глаза и начинает перечислять, — стройная, подтянутая, волосы ухоженные, длинные, аж переливаются, и смотрит на него, как на… Ну ты поняла.
Я отставляю чашку в сторону. Сладкий кофейный напиток становится горьким, хотя я высыпала в чашку три пакетика сахара.
— Не поняла, — гремлю сурово.
— Ну как кот на сметану, — выдает она и, наклоняясь ко мне через стол, заговорщически добавляет. — Чтобы муж не ушел, тебе срочно нужно приводить себя в форму. К тому же скоро весна, не повредит. Ты после вторых родов заметно…
— Поправилась?! — заканчиваю я за нее, пока она мнется.
Мой голос звучит ровно, хотя внутри все кипит — и от услышанной новости, и от колкости подруги насчет моего аппетитного тела.
— Я не хотела тебя обидеть, Люб, но ты сама посмотри на себя в зеркало. Не как обычно, впопыхах, а внимательно, с толком да с расстановкой…
— А чего смотреть?! Я всегда была аппетитной, — перебиваю я. — И Самойлов любит меня такой. Не всем нравится глодать кости.
Ленка поджимает губы, но спорить не решается. Ее благоверный постоянно песочит ее за округлившиеся формы. Он предпочитает тощих.
А я молчу и не говорю о главном. О том, что сейчас, после вторых родов, у меня жуткий упадок сил. Что я сплю по четыре часа в сутки, потому что младшая до сих пор любит устраивать оргии по ночам, а старший ходит в садик, откуда каждую неделю как награду приносит простуду. Так что наша сексуальная жизнь с генералом практически сошла на нет.
Нет, ну как сошла… Она есть, конечно, но не такая, что раньше. Быстрая, тихая, без свечей и долгих прелюдий, и раз в неделю в лучшем случае. Быстро отметились под одеялом, находясь в полной боевой готовности, чтобы прекратить, если старшее чадо нас накроет, и разошлись по разным половинам кровати.
Я, естественно, утешаю себя, что это временно, что вот-вот младшая начнет нормально спать, и я наконец высплюсь ночью, обязательно куплю новое сексуальное белье и…
Но пока ничего не меняется.
Нет я, конечно, не идиотка, чтобы вот так с бухты-барахты верить подруге, но червячок сомнений во мне закрался. Маленький, противный, но жирный червяк, который сразу начал точить мою уверенность изнутри.
— Ты уверена, что это был именно Самойлов? — спрашиваю, хотя прекрасно знаю, что мужа с кем-то перепутать невозможно. Его выправку, его осанку видно издалека.
— Уверена.
— Ладно, — говорю я, поднимаясь.
— Ты только не делай глупостей, — тут же напутствует Ленка. — Просто прими к сведению и сделай соответствующие выводы.
— Я? Глупостей? — усмехаюсь. — Я заведующая терапевтическим отделением. У меня всю жизнь пациенты, заключения, аналитика. Мне глупости никогда делать нельзя.
Но глупости уже созревают в моей голове.
Прямо сейчас. Как дрожжи в теплом тесте.
Домой я возвращаюсь как раз за несколько минут до прихода Георгия и успеваю накормить детей.
Мужа не допрашиваю, а молча наливаю ему суп, ставлю тарелку с салом, хлеб и пюрешку с котлетами.
— Как дела? — интересуюсь как бы между прочим и сажусь напротив со своим борщом.
— Нормально, — произносит он и неаккуратно кладет ложку, так что брызги летят в разные стороны вместе с его неприличными словами.
Георгий тут же поднимается, снимает рубашку и идет переодеваться, а в это время его телефон пиликает, и экран провокационно загорается.
Машинально смотрю — и вижу всплывшее сообщение от какой-то «Кристи».
«Как насчет сюрприза? Он же сегодня?»
Замираю. Капуста застревает в горле.
Какого еще сюрприза?
И что у моего мужа с этой Кристи?