— Поздравляю. И кто счастливица? Наира? Нелли? А, нет, тебе сватали Назиру…
— Аня. Продавщица из твоего магазина.
Из меня как будто весь воздух выбивают. Сердце глухо ударяет в рёбра. Это что ещё за новости?
Я моргаю, надеясь, что ослышался.
— Ты что-то попутал, брат, — мой голос спокоен, но пальцы сжимаются в кулаки. — Она русская. Другой веры. Отец бы никогда…
— Она примет ислам, — уверенно заявляет Камиль. — Она уже согласилась. Свадьба через неделю.
Эти слова ударяют сильнее, чем кулак в челюсть. В висках гудит. В горле пересыхает. Перед глазами пелена.
Когда эта дрянь успела охмурить моего брата? Как часто она бегала к нему на свидания? Как часто раздвигала перед ним ноги?..
Гнев накрывает. Убью!
Глава 1.
— Ермолина! — до слуха доносится голос главной по нашему общежитию. – Ты опять за расходом воды не следишь, когда душ принимаешь. – Доплачивай, или я участковому на тебя пожалуюсь.
Я закрываю дверь, чтобы не слышать ее недовольный голос, вздыхаю. Ставлю сковородку на стол. Достаю две тарелки. Скоро должен брат с работы прийти. Голодный. Сажусь, нарезаю хлеб, когда за дверью слышаться быстрые шаги.
Я тут же напрягаюсь, чувствуя, что они не несут ничего хорошего. Вдруг дверь резко распахнулась, ударившись о стену.
— Аня, помоги!
Я вздрогнула. В комнату влетел мой брат Илья — растрёпанный, запыхавшийся, с диким страхом в глазах. Он плотно закрыл дверь, прижал ее нашим маленьким холодильником, пока я в панике ждала его рассказ.
— Что случилось?! — я вскочила на ноги, сердце ушло в пятки. Я никогда его таким не видела. Даже когда его в тюрьму забирали по малолетке он был веселым, а сейчас… Сейчас за ним словно гнался сам дьявол.
Он повернулся ко мне, усевшись на холодильник, стирая с лица капли пота
— Меня ищут, Аня. Они рядом.
— Да Кто?! Что происходит?!
— Люди Ахмедова. Люди Тиграна Ахмедова!
Имя прозвучало как приговор, пусть я слышу его впервые. Но в голосе брата столько ужаса, словно у этого Тиграна рога и копыта.
— Кто это такой?
— Мой босс, тот кто… Короче, — он глотнул воздух. — Он держит сеть магазинов в нашем районе. Водит дружбу с бандитами. А я… Я тачку угробил. Люксовую.
— Сколько? – спрашиваю без прелюдий. То что брат мог что – то угробить — даже не сомневаюсь. – Выехал покатать очередную соску, выпендрился на скорости и влетел куда – нибудь.
Он поджал губы, глаза забегали.
— Говори, сколько?! — я тряхнула его за рукав.
— Десять единичек.
Мне стало холодно. Даже если продать нашу комнату едва ли наберется на три.
— Ты… что? О чем ты думал?!
— Я же не специально! — он судорожно провёл руками по лицу. — Аня, они меня найдут. У него люди повсюду. Менты купленные. Что мне делать?
Где-то внизу хлопнула дверь. Мы оба замерли.
— Они уже здесь… — его голос задрожал.
В голове шумело, но я знала одно: если они его поймают, всё будет плохо. Очень плохо. Такие люди не прощают ошибок. Его просто закопают и никто никогда его не найдет.
Я бросилась к шкафу, схватила его старую спортивную сумку, накидывая туда вещи.
— Что ты делаешь?!
— Ты уйдёшь через крышу. Бери. — Я всучила ему документы. Загран паспорт, который совсем недавно сделала.
— Аня…Что ты им скажешь.
— Беги! Разберусь. Не тронут же они невинную девушку? – смеюсь, сама не веря в то что говорю.
Рома качает головой, словно посмеиваясь над моей наивностью, но я слушая возражений, я вытолкнула его на пожарную лестницу, закрыла за ним окно. Через минуту он исчез во тьме, а я смотрела на свое отражение, чувствуя, что только что лично подписала себе смертный приговор. Но я верила, брат найдёт способ вернуть деньги. И вернётся. Очень надеюсь.
Я осталась одна.
Спустя несколько секунд в дверь раздался стук.
Глухой. Уверенный.
Медленно обернувшись, я почувствовала, как замерло дыхание. Холодильник не спасет. И правда, он просто проехался в сторону, когда дверь распахнулась.
Моя комната всегда казалась мне большой, но стоило этой троице тут оказаться, как она моментально стала миниатюрной. Во главе троицы стоял мужчина.
Высокий. Грозный. В черной рубашке с расстёгнутым воротом, из-под которой виднелись жёсткие очертания мышц.
Я замерла.
Воздуха вдруг стало мало. В груди что-то сжалось, сердце гулко ударило о рёбра. Страх окружил меня плотной завесой не позволяя даже дернуться.
Он стоял в дверях, заполняя собой всё пространство, будто его и так тесной комнате стало не хватать воздуха. Высокий, массивный, но не тяжёлый, а словно сотканный из чистой силы — гибкой, уверенной, непреклонной.
Тигран.
Рубашка на нём была расстёгнута на пару пуговиц, открывая загорелую кожу и очертания твёрдых, рельефных мышц. Он будто только что вышел с тренировки — в нём ощущалась сдержанная, но опасная энергия, будто зверь, лениво наблюдающий за жертвой, но готовый рвануть вперёд в любой момент.
Тёмные волосы коротко подстрижены, идеально подчёркивая угловатые, почти хищные черты лица. Высокие скулы, резкие линии челюсти, густые брови, подчёркивающие пронизывающий, обжигающе-лёдяной взгляд. Глаза цвета крепкого чая — тёплые по оттенку, но без единой капли тепла в выражении. Они изучали меня, сканировали, как рентген, обнажая всё — страх, панику, глупую надежду, что я смогу выкрутиться.
Длинные ресницы отбрасывали тени на скулы, делая взгляд ещё глубже, опаснее. Акцент, с которым он произнёс свои слова, был мягким, растягивающим, но в нём звучало нечто властное, словно даже интонация напоминала: ты здесь никто, девочка.