Шрифт:
Отвечаю, где я жила, посчитав, что это дает мне полное право уточнить аналогичную информацию.
— А я местный.
— Да? — удивляюсь я.
— Да. Что, не похож?
— Али — не самое распространённое имя в этих широтах. Да и…
— Что? — переспрашивает Али, как мне кажется, с трудом давя приступ смеха.
— Эм-м-м…
— Да говори уже, ну? Я не обижусь.
— Чернявенький ты, — выпаливаю я на одном дыхании.
— А-ха-ха… Ну, тем более. Мы с тобой два сапога пара. Нет?
— Ой, ну тебя! — смущаюсь.
— Ты первая начала.
— Как и ты, я всего лишь хотела узнать о тебе побольше! — оправдываюсь.
— Вот как? — его голос становится глубже, интимнее. И в нем, я готова поклясться, что Али делает это специально, проскальзывает акцент. Отметив его, смеюсь, не в силах понять, как веселье уживается во мне с каким-то новым, совершенно мне незнакомым чувством потребности… говорить с ним и говорить. А еще нравиться.
— Ладно, думаю, это лучше при встрече выяснить.
— Боишься, что к завтрашнему дню у нас не останется тем для обсуждения?
— Да нет! Меня просто разморило после ванны. И вообще мне не мешает одеться, — говорю как будто сама себе. В трубке повисает молчание, тонкий слой которого счищает его хриплый царапающий голос:
— Хочешь сказать, что все это время говорила со мной голая?
Божечки!
— Что? Не слышу тебя… Связь плохая. Пока!
Отбиваю вызов, откладываю телефон и для пущей надежности прикрываю его злосчастным полотенцем. С губ рвется смех, но щеки горят. Чувствуя себя влюбленной школьницей. Это же надо так опростоволоситься!
Хихикая, натягиваю халат и выхожу из ванной. Жутко хочется есть. Хотя обычно после смены я валюсь с ног без ужина. Нахожу в закромах банку Нутеллы и нарезной батон. Мажу щедрым слоем, откусываю и только потом с сомнением поворачиваюсь задом к окну, чтобы в его отражении оценить, так сказать, свой тыл. Эх… Мне бы поменьше мучного и сладкого, ага… Не знаю, чего столько восторгов вокруг фигуры «песочные часы», лично я с радостью обменяла бы свой выступающий зад и пятый размер груди на что-нибудь менее выдающееся. Стаська говорит, что я дура. И что эскортницы в гостиничном спортзале приседают не жалея сил, чтобы накачать такой орех, но лично я правда не понимаю, зачем оно им надо.
Взгляд возвращается к бутерброду. Ну нет у меня силы воли! Не-ту! Признав этот прискорбный факт, откусываю побольше и на всякий случай проверяю, нет ли новостей от Али. Но нет… Только сообщение с незнакомого номера.
«Привет. Это Ноа. Я так и не дождался от тебя весточки. И решил написать сам. Ты простишь мне такую вольность?»
Глава 3
Эка
— Ну-ка, покрутись!
Расставив руки, делаю, как велит Стаська.
— Ну что? Не слишком?
— Слишком? Ну, как для свидания, так нормально, да… — успокаивает меня Сивова с экрана планшета.
— А в целом? Я не хочу, чтобы он решил, будто я уж слишком готовилась к нашей встрече, — с сомнением гляжу в зеркало. У меня такая внешность, что стоит один раз мазнуть кисточкой по ресницам, как я начинаю выглядеть, будто собралась на ковровую дорожку. Может, вообще не краситься?
— Ой, да забей. У него все равно нет шансов. Ты красотка!
— Думаешь?
— Если бы знала тебя чуть хуже, решила бы, что ты напрашиваешься на комплименты.
— Нет. Достаточно просто сказать как есть.
— Уже. Он у твоих но-о-ог, — отчаянно фальшивя, взывает Стаська. С притворным стоном затыкаю уши:
— Что угодно, но только не пой!
— Ла-а-адно!
— Вот и славно. Раз у тебя нет никаких рекомендаций, я, кажется, готова.
— Рекомендации у меня есть. Но они касаются отнюдь не твоей внешности.
— А чего?
— Ты к нему приглядись повнимательнее, окей? Куда позовет, станет ли вертеться ужом на сковородке, когда ты меню откроешь. И не предложит ли разделить счет. Зачастую такие мелочи говорят о мужике гораздо больше всего другого.
Отчаянно киваю. Да… Я тоже из тех краев, в которых если девушку зовут на свидание, даже вопрос не ставится о том, кто закроет счет. А здесь, по моим наблюдениям, все иначе. Не знаю, плохо это или хорошо. Просто я выросла в такой парадигме, что на свидании всегда платит мужчина. И потому мне дико, когда предложение «скинуться пополам» выставляют как некое проявление равноправия. Нет, я не меркантильная. Просто если мужчина тебя приглашает, значит, он берёт ответственность хотя бы за этот вечер. А если он не может ее взять, зачем тогда такой мужчина?