Шрифт:
Я закатала рукав рубашки выше локтя и вытянула руку перед собой. Шрам был почти идеальным изображением артерий рифа, и я поразилась способности Сейнта воспроизвести все это по памяти. Он плавал в этих водах так много раз, что ему не нужна была карта, чтобы начертить свой курс на моей коже.
Мои пальцы дрожали, когда я подняла одну руку в воздух. Теплый ветер проскользнул сквозь мои пальцы, когда я прикинула расстояние до входа в Силки.
– Право руля!
Не колеблясь, Уэст повернул штурвал, а Хэмиш, Остер и Уилла зарифили паруса [12] , плотно затянув штерты [13] , и «Мэриголд» начала медленно дрейфовать. Мы двинулись к началу рифа, и Падж перегнулся через нос, наблюдая, как судно скользит по мелководью.
12
Зарифить паруса – уменьшить площадь паруса.
13
Штерт – корабельная веревка.
Я наклонилась, прикидывая расстояние от корабля до рифа.
– Еще правее!
Уэст направил корабль прямо в Силки Бури, и наступила тишина. По моей коже пробежал холодок, и воздух будто бы застыл, как перед ударом молнии. Силки Бури погубили больше кораблей, чем кому-либо было известно. Вдалеке несколько мачт поднимались над водой. Однако небо по-прежнему было ясным, а вода оставалась спокойной.
Я посмотрела на свой шрам, проследив за его линями до того места, где была первая развилка.
– Лево руля, Уэст. Пять градусов.
Он осторожно наклонил штурвал, пока мы не повернули на восток, ровно настолько, чтобы проскользнуть в следующую жилу, и риф сузился.
– Осторожно, – крикнул Падж с носа, не сводя глаз с воды, по мере того как море становилось все мельче.
Мы медленно продвигались вперед, минуя выступы рифа по обе стороны, на которых птицы стояли в воде, выщипывая свой завтрак из кораллов. Косяки рыб кружились под поверхностью, как клубы дыма, которые рассеивались, когда корабль продвигался вперед. Риф снова расширился перед нами и образовал две развилки.
– Право руля. Пятнадцать градусов, – сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно.
Уэст позволил спицам штурвала слегка провернуться, и мачта завибрировала под моими руками, когда киль заскользил по песчаному дну. Уилла встретилась со мной взглядом с того места, где она сидела на фок-мачте, и я попыталась замедлить биение своего сердца, сжав кулаки, чтобы унять дрожь. Один подводный камень, и у нас будет брешь в днище. Однако внизу Уэст выглядел спокойным; его руки легко и уверенно лежали на руле.
Я оглянулась через плечо на открытое море. Теперь мы уже были в Силках Бури. Если налетит шторм, нам конец. Страх тихо пел в моей крови, и его невидимые щупальца обвивались вокруг меня, сдавливая сердце, пока мы встречали развилку за развилкой на рифе.
– Он приближается, – сказала я, глядя на крутой поворот впереди. У нас была хорошая скорость, но все зависело от правильно подобранного момента и направления ветра. Если мы повернем слишком рано, то поцарапаем правый борт. А если слишком поздно, то врежемся носом прямо в острый угол рифа.
– Так держать… – я вытянула руку в сторону Уэста, глядя на парус над головой, как раз в тот момент, когда ветер внезапно изменил направление. Порыв накатил с воды из ниоткуда и подтолкнул нас вперед, натягивая паруса и разворачивая «Мэриголд».
– Взять рифы [14] ! – крикнула я.
Хэмиш, Остер и Уилла затянули риф-штерты, и корабль замедлил ход. Но было уже слишком поздно. Мы были слишком близко.
– Сейчас, Уэст!
Я обхватила руками мачту и держалась за нее, пока Уэст крутил штурвал.
14
Взять рифы! – команда, чтобы зарифить паруса, то есть свернуть их гармошкой.
– Отдать якорь! – крикнул он Паджу, который уже отпирал шпиль.
Если мы не хотели врезаться в риф, нам нужно было, чтобы якорь замедлил нас. Остальные одновременно спустили паруса, и Падж пнул рукоятку шпиля, отправив якорь в воду.
«Мэриголд» накренилась, и ее корма качнулась, когда мы повернули направо. Звук, похожий на гром, раздался под нами, когда корпус задел мель, и Падж, побежавший к борту, врезался в ограждения, чтобы посмотреть на воду.
Я зажмурила глаза, и каждая мышца в моем теле сжалась. Сердце едва не выпрыгивало из груди.
– Все в порядке! – крикнул Падж, нервно усмехнувшись.
Я подняла глаза к небу, задыхаясь, когда горячие слезы навернулись у меня на глазах.
Хэмиш спрыгнул вниз, чтобы помочь Паджу поднять якорь, а Уэст прижался лбом к рулю, делая глубокий выдох.
Однако мы по-прежнему двигались. Я изучала шрам, и мой взгляд заметался по рифам внизу, когда паруса снова развернулись. Мое сердце неистово колотилось в груди, а в горле образовался комок, когда мы добрались до конца очередного прохода.